Жестокие игры в любовь

Да, сейчас она успокоилась, но вдруг увидит Колесникова и вновь потеряет это зыбкое равновесие? Не так уж прекрасно она владеет собой, оказывается, судя по последним дням.

Не торопясь, она добрела до школы, к счастью, не встретив никого из одноклассников, а в кабинет, где первым по расписанию должна быть физика, вошла уже перед самым звонком. Учитель ещё не появился, так что каждый коротал время до звонка как хотел. Несколько девчонок стояли у подоконника и шептались, то и дело хихикая.

— А он такой… а она такая… — прорывался местами полушёпот Альбины.

Жоржик задирал Оксану Громову, та огрызалась, пыталась его поймать, но тот уворачивался и со смехом отбегал.

— Я тебе покажу Громозеку! Поймаю и задавлю, клоп, — беззлобно пригрозила ему Оксана.

Лёша что-то обсуждал с Костей и Денисом. Вера Тихонова прилежно повторяла параграф. Дэн и Гарик швыряли друг в друга резиновый шарик, как дети. Антон Кулешов сидел на первой парте, прямо на столешнице, спиной к доске, и переговаривался через весь класс с Рогозиной. Та отвечала ему игриво, но время от времени бросала украдкой взгляды на Колесникова. Ну а тот, откинувшись на спинку и заложив руки за голову, сидел за последней партой крайнего ряда. Вполне себе довольный жизнью и собой покачивался на стуле. И взирал на всех с ленивой расслабленностью и отстранённостью. И впрямь было в нём что-то кошачье, подумалось вдруг.

Но увидев Мику, Колесников сразу подобрался, перестал раскачиваться на стуле, вперился в неё горящим взглядом. Она же старательно избегала смотреть в его сторону. Поздоровалась с Лёшей, с другими, успела даже про себя отметить, что вроде всё как обычно, никто не косится на неё как-то по-особому, так что, может, зря себя так накрутила… Хотя тут ведь Лёша — при нём высмеивать её не стали бы, это факт.

— Я заходил к вам сегодня утром, — сообщил он.

Мика замешкалась, не зная, что ему ответить, и тут подал голос Колесников:

— Я тоже к вам заходил. Вчера вечером.

Игнорировать его и дальше не получалось. Взгляд сам собой метнулся в его сторону. К лицу тотчас прихлынула кровь, дурацкое сердце запрыгало в груди, но Мика почти сразу сумела взять себя в руки. Какой же он невыносимо самоуверенный! Аж бесит.

— И где же ты так поздно гуляла вчера? — спросил он с полуулыбкой, когда она прошла к своему месту за третьей партой среднего ряда. — А если серьёзно, Мика, ты чего вчера не пришла?

Мика, остановившись у своего стула, поставила на стол сумку, взглянула на него и с непоколебимым спокойствием спросила:

— А куда я вчера должна была прийти?

Это его заметно обескуражило. И улыбка тотчас сползла.

— Как куда? — он взметнул брови. — Мы же договаривались с тобой встретиться вчера…

Тут только Мика обратила внимание на то, как притих весь класс.