Желание

Отниму у тебя красоту, украду твои волосы, лишу тебя часов бодрствования, и так до тех пор, пока от тебя не останется ничего, кроме пустой оболочки…»

Мэгги мрачно усмехнулась, представив себе этот воображаемый голос. Ну что ж, недолго ему звучать. И значит, возникает вопрос… как ей быть с собственными похоронами?

Этим вопросом она время от времени задавалась с тех пор, как состоялась ее последняя встреча с доктором Бродиган. Нечасто, но бывало, что эта мысль вдруг возникала у нее, как правило, в самые неожиданные моменты. Вот как сейчас. Она изо всех сил старалась не думать об этом – смерть все еще отдаленная и гипотетическая перспектива и так далее, – но после вчерашнего приступа боли это было уже невозможно.

Мэгги предстояло самой все организовать заранее.

Поднявшись с дивана, Мэгги нашла в ящике кухонного стола блокнот и коротко записала, какую церковную службу хотела бы в память о себе. Это занятие оказалось не таким угнетающим, как ей представлялось, – скорее всего, потому что она решительно отвергла все самые печальные подробности. Она перечитала написанное, и хотя понимала, что оно озадачит родителей, порадовалась, что сумела выразить свою последнюю волю. И написала памятку, чтобы не забыть связаться в новом году со своим поверенным и завершить начатое.

Из намеченных дел осталось выполнить всего одно.

Ей требовалось подыскать подарок на Рождество для Марка.

В декабре она уже выплатила ему бонус, как и Луанн, но считала, что Марку причитается что-то сверх того, особенно после нескольких последних дней. Но что? Подобно большинству молодых людей, особенно тех, кто собирался продолжать учебу в магистратуре, он, вероятно, был бы особенно рад дополнительно подаренным деньгам. Господь свидетель, когда самой Мэгги было чуть за двадцать, именно денег она бы и хотела. И сделать такой подарок оказалось бы проще всего – достаточно выписать чек, – но почему-то это казалось ей неправильным. Она предвидела, что его подарком, приготовленным для нее, будет что-то личное, значит, и она должна придумать нечто подобное.

Она задалась вопросом, что нравится Марку, но отвечать было почти нечего. Он любит Абигейл и своих родителей, намерен посвятить себя религии, интересуется новейшим современным искусством, вырос в Индиане и играл в хоккей. Что еще ей известно о нем?

Ей вспомнилось их первое собеседование и то, каким подготовленным он явился, и наконец появился ответ. Марк восхищался сделанными ею снимками, мало того, считал их ее творческим наследием и достоянием. Так почему бы не сделать Марку подарок, символизирующий ее увлеченность?

В ящиках письменного стола она нашла несколько флешек, запас которых всегда держала под рукой.