Зеркальная страна

 – Свирепо оглядела нас и утерла кровь с разбитого лица. – И не забудьте про задвижку».

Так мы и сделали, затем последовали за ней на кухню. Мама села за стол и положила перед нами ключ – дедушкин ключ.

«Вы должны сделать так, как мы договаривались. Отоприте входную дверь и скорее уходите».

«Теперь и ты можешь пойти с нами», – прошептала Эл.

«Мне придется тут все прибрать. Так и было задумано».

Она вздохнула, сняла с шеи перевязь из полотенца и принялась оттирать наши лица и руки от крови, как всегда грубо и эффективно. Мы знали, что лучше не жаловаться и тем более не плакать, к тому же боль наконец заглушила страх. Голова пульсировала в тех местах, куда дедушка ударил меня кулаком или швырнул об землю, и мозг казался слишком большим, чтобы помещаться в черепной коробке. Эл тщетно пыталась сглотнуть, в ее глазах стояли слезы. Мы не могли отвести глаз от лежавшего грудой возле плиты окровавленного тела, от темной крови, текущей по кафелю, по стыкам между плитками.

«Эл, на вешалке висит клетчатый шарф. Замотай им шею и не снимай. В ящике телефонного столика лежит пудра. Возьмите ее с собой и замажьте друг другу самые заметные синяки и порезы».

Мы стояли и смотрели на маму, сами не свои от потрясения и боли, пережитого ужаса и сожаления.

«А дедушка… – Я посмотрела на его лицо, на темно-красную кровь, струящуюся из пробитого черепа. – Дедушка – наш папа?»

Ее губы превратились в нитку, глаза сузились.

«Идите по маршруту на карте сокровищ, никуда не сворачивайте. Только в гавань, только к складу. Там всегда кто-нибудь есть, поэтому с вами все будет в порядке».

«Мама, – прошептала Эл. – Дедушка был…»

Я поморщилась, когда мама схватила меня за правую руку, Эл – за левую.

«Вы должны всегда держаться вместе, ясно?»

«Мы не покинем друг друга», – начала я.

«До тех пор, пока мы живы», – закончила Эл, вкладывая свою холодную ладонь в мою.

«Не доверяйте никому, не полагайтесь ни на кого. Кроме друг друга, у вас никогда и никого не будет!»

Мы кивнули, стараясь не заплакать.

«Помни, Эллис, ты – старшая, дегустатор ядов. Будь храброй, присматривай за сестрой. – Руки мамы дрожали, из раны на виске снова потекла кровь. – Помни, Кэтриона, не будь как я! Будь храброй. Всегда старайся видеть хорошее, а не только плохое».

И я кивнула, думая о полнящихся птичьим криком Джунглях Какаду, о всех ночах, в которые мы с Эл бежали в темноте под вспышками молний, под рев ветра и потоков воды, мимо теней, ощерившихся острыми зубами. На этот раз нас ждет то же самое, подумала я, хотя и знала, что будет по-другому.

Мама осталась на коленях, и черты ее ничуть не смягчились, но по избитому, распухшему лицу потекли слезы, падая на окровавленный ворот блузки.

«Никогда не забывайте, насколько вы особенные! – Она отпустила наши руки, закрыла глаза.