Незнакомец в зеркале

 – Я дрался с ним, пока не вбежала мать и не вызвала полицию. Его отправили в тюрьму. В эту же ночь он повесился в камере. Но Бет потеряла рассудок. Она никогда не выйдет оттуда. Никогда. Я люблю ее, Джози, и так тоскую… С той ночи мне… Я не могу вынести…

Жозефина сжала его руку.

– Мне ужасно жаль, Дэвид. Прости. Я понимаю. Хорошо, что ты все рассказал.

После этого случая Жозефина и Дэвид, как ни странно, еще больше сблизились. Они обсуждали вещи, о которых никогда не говорили раньше. Дэвид улыбнулся, когда Жозефина рассказала о религиозном фанатизме матери.

– У меня был такой дядя. Он ушел в тибетский монастырь.

– В следующем месяце мне исполняется двадцать четыре года, – объявил он однажды. – У нас в семье старая традиция – все мужчины из рода Кеньонов женятся к двадцати четырем.

Сердце Жозефины радостно встрепенулось.

Назавтра Дэвид купил билеты в театр, но, дождавшись девушку, попросил:

– Давай никуда не пойдем. Нужно поговорить о нашем будущем.

И в этот момент Жозефина поняла, что Господь ответил на ее молитвы. В глазах Дэвида светилась любовь. Любовь и желание.

– Поедем на Дьюи-Лейк, – предложила она.

Девушка мечтала о необыкновенном, романтическом признании, чтобы запомнить его на всю жизнь и рассказывать детям, снова и снова, хотела запечатлеть в памяти каждое мгновение этой волшебной ночи.

Они отправились на Дьюи-Лейк – маленькое озерцо, в сорока милях от Одессы. Огромные звезды висели над головой, луна бросала мягкий желтый свет на деревья и дорогу. Вода искрилась серебряными бликами, и воздух был наполнен таинственными звуками неведомого мира, микрокосма вселенной, где миллионы крошечных невидимых созданий жили, любили, молились, страдали и умирали.

Жозефина и Дэвид сидели в машине молча, прислушиваясь к ночным шорохам. Девушка не сводила глаз с сидевшего за рулем Дэвида: лицо сосредоточенное, задумчивое… Никогда Жозефина еще не любила его так, как в эту минуту. Ей хотелось сделать для Дэвида что-нибудь необыкновенное, принести волшебный дар, чтобы тот понял, как велика ее любовь. И внезапно девушка поняла, что сейчас сделает.

– Пойдем купаться, Дэвид, – прошептала она.

– Но у тебя нет купальника.

Он обернулся к Жозефине, хотел что-то сказать, но она, выскользнув из автомобиля, побежала к берегу, на ходу сбрасывая платье. Сзади послышались шаги Дэвида. Жозефина быстро нырнула в теплую воду. Через мгновение Дэвид очутился рядом.

Она повернулась и оказалась в его объятиях, сгорая от любви, томясь от неутолимого голода. Вода мягко обтекала их тела; Жозефина ощущала, как горячее, твердое, как железо, древко упирается в ее живот.

– Нельзя, Джози, нельзя, – хрипловатым от желания голосом прошептал он.