Зажечь небеса

Кстати говоря, а где же знаменитая рвота после соревнований? – Он с мрачным видом покачал головой. – Я заплатил приличные деньги, чтобы посмотреть эту гонку.

Я средним пальцем оттянул вниз кожу под глазом.

– Прости, что разочаровал.

Коннор повторил мой жест, потом хитро улыбнулся, и я почувствовал, что между нами всё стало по-прежнему. Любовь, более сильная, чем дружба, чем любое родство. Проверенная в бою связь, впитавшаяся в плоть и кровь.

Глава тридцать третья

После утренней смены в «Белом султане» я вернулась к Уэстону, чтобы принять душ – смыть муку и пот после работы в переполненной пекарне. Прошло всего несколько дней, но ни я, и Уэстон не могли удержаться и остаться на ночь каждый в своей постели, в одиночестве. Он вернулся домой как раз в тот момент, когда я вытиралась банным полотенцем.

– Я здесь, – крикнула я. – Расскажи мне всё.

Уэстон въехал в спальню; на нем всё еще была форма для бега и толстовка, и вид у него был как у охотника, только что убившего зверя. Он окинул меня голодным взглядом, и у меня по коже побежали мурашки.

– Итак? – спросила я, стараясь не обращать внимания на разом наэлектризовавшуюся атмосферу. – Как всё прошло с Коннором?

– Отлично, – ответил Уэстон, не сводя глаз с моих голых ног. – Всё хорошо.

– И только? – уточнила я, усмехаясь. – «Всё хорошо»?

Он кивнул и подъехал ко мне. Я отступала, пока не натолкнулась на кровать; сердце колотилось в груди, как сумасшедшее, и внизу живота уже разгорался жар.

– Извини, что пропустила гонку, – выдавила я. – Хотела дать вам двоим возможность спокойно поговорить.

Уэстон ухватил меня за запястье, потянул и втащил к себе на колени.

– Я тебя прощаю, – проговорил он низким голосом, в котором слышалось с трудом сдерживаемое желание. – Его рука скользнула под полотенце. – И я хочу тебя прямо сейчас.

– Очень многообещающе, – сказала я, напуская на себя равнодушный вид, хотя с трудом могла дышать. – В спальне ты настоящий тиран.

Разумеется, личность Уэстона не сводилась к одной этой черте, но его ненасытность мне нравилась: когда он становился таким, у меня кровь закипала в жилах.

Я легко прикоснулась губами к его губам и прошептала:

– Скажи, чего ты хочешь.

Он поцеловал меня, настойчиво и требовательно.

– Ложись на кровать.

Я сползла с его колен и пересела на кровать, всё мое тело пылало в предвкушении

– Ложись на спину, – велел он. – Я собираюсь довести тебя до экстаза.

– О, Боже мой… Уэстон…

Я выгнулась дугой, но Уэстон не останавливался ни на секунду. Он слегка покусывал, лизал и посасывал, и скоро я уже едва могла сдержать крик. Я извивалась, но он удерживал меня на месте. Безжалостный.

– Отлично, – прорычал он. – А теперь кричи, Отем. Хочу слышать твои крики восторга, а потом я возьму тебя снова.