Завещание сына

– Маша моя ровесница. У нас и судьбы похожи, она тоже с женатиком связалась. Он, правда, иностранец, но какая разница… – Хозяйка вздохнула и подлила Ерожину чаю. – Что мы все обо мне. У вас дело, так не теряйте на меня время.

– Да, Ирочка, придется открыть вам тайну. Но вы должны дать мне слово, что больше никто о нашем разговоре не узнает.

– Ой, что-нибудь страшное? – Глаза Сосновской выразили плохо скрываемый восторг.

«А ты любишь тайны, девочка», – подумал Ерожин и решился на импровизацию. – Дело как раз в вашей соседке.

– В Маше?"

"– Нет, в ее приятеле американце. – Ерожин перешел на шепот: – Мы подозреваем, что он агент ЦРУ.

– Не может быть. Он же конгрессмен, – также шепотом возразила Ира.

– Разведчики часто совмещают публичную службу со своим основным делом. Вы слышали о прикрытии, легенде? Это в разведке нормальная вещь.

– Слышала. – Ира смотрела на Ерожина во все глаза. Она любила читать детективы, но никогда и не мечтала стать их героиней.

– Вот и хорошо, что слышали. Мы не можем его задержать и проверить именно потому, что он конгрессмен. И я решил обратиться к вам с просьбой.

– Что я должна сделать? – еле слышно выдохнула Сосновская.

– Вы делать ничего не должны. Пустите меня забраться в квартиру Маши через ваш балкон. Можете меня сопровождать, так надежнее. Мы вдвоем посмотрим, не оставил ли американец улик. Одна голова хорошо, а две лучше. Он ведь приехал к Маше с вещами?

– Да, с чемоданом. А вдруг они придут?

– Нас предупредят сотрудники. За американцем установлена слежка. Сейчас они ужинают в загородном ресторане.

– Ой, а это не опасно?

– Это не опасно, это незаконно. Но другого пути уличить шпиона у нас нет.

– Я согласна.

– Тогда вперед. – Ерожин достал телефон и связался с Волковым: – Майор, наши голубки воркуют?

– Конгрессмен под градусом. Сенаторша не пьет, очень напряжена и, кажется, собралась куда-то звонить.

– Как только они выйдут из ресторана, дайте мне знать. – Подполковник не успел убрать мобильник, как в квартире Сосновской раздался звонок. Ира извинилась и вскочила к телефону.

– Если это Маша, обо мне ни слова. – Ерожин придержал Сосновскую за локоть. – Поняла?

Ира кивнула. Звонила действительно ее соседка. Сосновская Ерожина не выдала.

– Что она хотела?

– Я не поняла. Сказала, что просто так позвонила. Спрашивала, все ли в порядке.

– Молодец, Ирочка. У тебя есть резиновые перчатки?

– Есть.

– Выдай мне на прокат.

– Это чтобы не оставлять отпечатков? – догадалась Сосновская.

– Умница, – похвалил Ерожин и, распечатав комплект, старательно натянул резину на обе руки.

– Мне тоже надеть?

– Не надо. Во-первых, ты ничего трогать не будешь, а во-вторых, ты ведь бывала в ее квартире?

– Да, часто.