Завещание сына

– Значит, твои «пальчики» легко объяснить… Пошли?

– Пошли, только тихо. Чтобы Кабосик не проснулся.

Ребенок спал в комнате, еле слышно причмокивая соской. Ерожин взял Ирину за руку, и они на цыпочках проследовали к балкону. Почти всю его площадь занимала детская коляска. Перебраться к соседке оказалось делом минуты. Ерожин опасался, что Сенаторша свою дверь на этот раз заперла изнутри, но, к его удовольствию, опасения не подтвердились. Квартира Хлебниковой состояла из двух комнат, гостиной и спальни. Ерожин решил начать со спальни.

– Вот его чемодан, – шепнула Ирина, указывая на внушительный кожаный баул, снабженный колесиками.

Чемодан стоял полуоткрытый, из него свешивался галстук. К удивлению Сосновской, подполковник к чемодану американца большого интереса не проявил. Оставил он без внимания и новую шубу с биркой заокеанского магазина. Длинный декоративный мех смотрелся эффектно. Но подполковник понял, что перед ним синтетика, и сделал вывод, что на подарке любимой конгрессмен сэкономил. Шуба валялась на кресле, рядом с чемоданом. Разделась, примерила шубку и прыгнула к Микки в койку, представил себе ход событий Ерожин, еще раз оглядел комнату и, шагнув к постели, заглянул под подушки. Широкая двуспальная кровать из розового дерева осталась не прибранной. На помятом белье без труда читались следы бурной встречи любовников. Ира их тоже отметила и густо покраснела.

– Ты очень красивая, – Шепнул Петр, не отрываясь от дела.

Под подушками он, кроме ночной рубашки и пакета от презервативов, ничего не обнаружил и открыл платяной шкаф. Наряды Сенаторши громоздились на вешалках без всякого порядка. Петр Григорьевич методично пересмотрел вещи, затем взял пуфик, снял ботинки и, встав на него, заглянул на шкаф. Но и там, кроме пыли, не увидел ничего. Покончив со спальней, взял Ирину за руку и повел в ванную. На крючке, возле раковины, весел шикарный стеганый мужской халат.

– Интимный туалет конгрессмена, – подмигнул Ерожин Сосновской.

Ира кивнула и замерла, продолжая наблюдать за поиском «шпионских» улик. В ее глазах смешались ужас, восторг и любопытство. Кремы и шампуни Ерожин тщательно пересмотрел, заглянул в нишу под ванной, пошарил там рукой и переместился к плетеной корзине для грязного белья. Он открыл ее, увидел вместительный целлофановый пакет и осторожно его извлек.

– Что это? – удивилась Сосновская.

– Сейчас поглядим. Так, парик, очки и перчатки. Полный джентльменский набор, – сообщил Ерожин и понял, что посетил квартиру не зря. Парик был черный и лохматый, а очки, обладая простыми стеклами, зрению помочь не могли. – Цветочница четы Майковых.

– Что вы сказали? – не поняла Ирина.

– Ничего, милая, это я так, – ответил Ерожин, спрятал все обратно в пакет и убрал его в корзину.