Тайна затонувшего конвоя

«Депутат — слуга народа! Долг депутата — заботиться о его благе!» Серп и молот на алом полотнище, убедительный слесарь за маховиком станка, исполненная достоинства женщина-сварщик. Надпись золотом: «Советы депутатов трудящихся — подлинно народные органы власти в нашей стране!»

Женщина, сидевшая за печатной машинкой, смотрелась здесь немного инородно. Худенькая, прямая спина, тонкие пальчики, короткие кудряшки красиво уложены. На ней была обычная кофта, под которой просматривалась не новая, но опрятная блузка. Ресницы длинные, без всякого марафета, курносый нос, чуть приоткрытый маленький ротик.

Она смутилась, обнаружив его изучающий взгляд.

Андрей спохватился и промямлил:

— Еще раз простите, Илзе. Надеюсь, ничего фатального не случилось?"

"— Нет, все хорошо. Две ошибки в слове «постановление» — это вовсе не так уж плохо. — Девушка тихо засмеялась. — Я часто в официальных документах натыкаюсь на такие чудовищные казусы, что даже не знаю, как с ними быть. Эти люди словно в школе никогда не учились. Все в порядке, вставлю другой лист. Но в следующий раз стучите громче, хорошо?

— Договорились, — покладисто согласился Андрей. — Скромненько у вас тут, Илзе. — Он выразительно посмотрел по сторонам. — Я бы даже сказал, бедненько.

«Словно и не слуги народа тут работают», — хотел сказать капитан, но на всякий случай промолчал.

— Да все в порядке. — Илзе махнула рукой. — Мы нищие, как и должно быть. Мебель разваливается, канцелярские принадлежности убогие, машинку кто-то из граждан в дар принес.

— Наверное, зарплата хорошая, — предположил Андрей.

— Хорошая, — согласилась Илзе. — Только маленькая.

Они засмеялись, потом замолчали, опасливо посмотрели на прикрытую дверь, ведущую в святая святых.

«А что, это новаторство, — подумал Андрей. — Прикрывать плакатами дыры и гниль в стенах. Их выпускают, похоже, охотнее, чем хлеб».

— Вы так смотрите на этот плакат, — подметила Илзе. — С ним что-то не так?

— Не женское это дело, — заявил Андрей, кивая на крепкий бюст сварщицы, исполненной достоинства.

— Вы думаете? — Илзе прищурилась. — А мне кажется, ей нравится. У нас ведь все работы хороши.

У Андрея создавалось впечатление, что ей хочется смотреть ему в глаза, но врожденная скромность заставляет ее уставиться в стол.

— Да, у нас любая работа в почете, — подтвердил он. — У вас все хорошо, Илзе? Как Антошка?

— Да, спасибо. Ребенок сидит с соседкой Зоей Матвеевной. Он такой шалун! Наверное, придется его наказать. Не успела оглянуться вчера вечером, а он полез в скворечник над сараем, свалился оттуда, хорошо, что руки-ноги не поломал.

— Накажите, — разрешил Андрей. — Будет ему урок. А что, в Заполярье гнездятся скворцы?

— Скворцов тут нет, а скворечники есть.