Тайна затонувшего конвоя

— Вы ведь понимаете, Алексей Ильич, что я имею полномочия допрашивать любого вашего подчиненного, да и вас самого, совать свой нос в любые дела, разумеется, в рамках своей компетенции. К сожалению, эти рамки — понятие размытое. Вы должны понимать, что я могу получить допуск к любой информации, но для этого потребуется время. Не хотелось бы его терять. Это не пойдет на пользу ни вам, ни мне. Будем ждать, пока я получу разрешение? Но учтите, что в этом случае я уже не смогу сохранить товарищеские отношения с вами. Мне опять придется отвлекать вас от службы. Прошу заметить, Алексей Ильич, не я к вам пришел, а вы ко мне, всего лишь на беседу. Могу чаем угостить. Какой ни есть, а жест доброй воли, согласитесь?

— Что вы хотите узнать? — Кажется, побеждало благоразумие.

— Вы лично сталкивались с Лазаревичем во внеслужебное время?

— Никогда. — Ответ был решительный, но его предваряла двухсекундная пауза.

Пожарский мог бы ответить быстрее.

— Откуда вы родом? Участвовали в боевых действиях?

— Иркутская область, небольшой городок Зыряново. В сороковом году поступил в военное училище в Новосибирске. Война не дала закончить, пришлось проходить ускоренные курсы. На фронте участвовал в сражении под Смоленском, командовал взводом, потом ротой.

— Получили ранение.

— С чего вы взяли? — удивился Пожарский.

«Осечка». — Андрей усмехнулся."

"— Ранения не было. — Пожарский пожал плечами. — Так, синяки, шишки, царапины. Часть расформировали, остатки вывели на отдых. Получил направление в караульную роту. Мы охраняли секретные государственные объекты недалеко от линии фронта. Мои рапорты о переводе в действующую армию были проигнорированы. Подразделение влили в войска НКВД по охране тыла. В общем, заканчивать войну пришлось в глубоком тылу. — Пожарский сокрушенно вздохнул. — Потом перевод в Заполярье. Это случилось в ноябре прошлого года.

— Прекрасно, — сказал Андрей. — На месте, где расположена ваша часть, ранее действовала база немецкого ВМФ, обслуживавшая подводные лодки.

— Ее начали строить наши специалисты еще до войны, — уточнил Пожарский. — Немцы использовали то, что им досталось, что-то доделывали. В годы оккупации сюда несколько раз заходили субмарины небольшого водоизмещения, видимо, для текущего ремонта.

«Это ложный след, — подумал вдруг Неверов. — Никому не интересна бывшая база и те раздутые тайны, что толкаются за ее оградой. Немцы уходили отсюда без спешки, взрывали базу с умом, не могли они оставить ничего важного. С их-то знаменитым немецким порядком! А вот к офицеру по фамилии Пожарский, наверное, стоит присмотреться повнимательнее».

— В вашем распоряжении, полагаю, человек пятьдесят, — предположил Андрей — Инженерный и караульный взводы.