Запах цветущего кедра

— Даже представить сложно: скромный репатриант, книжки писал... А я думаю: как ему удалось чуть ли не весь Карагач в аренду взять? Доходный бизнес, рабочая сила, и не китайцы — наши русские бабы. Потому местные бандюганы его не трогают. Так бы давно сожрали!

— Бизнес — только прикрытие. На самом деле они тут спецоперацию проводят, ищут Книгу Ветхих Царей.

— Ты сам-то знаешь, что за книга?

— Да я особенно не вникал, — признался Колюжный. — Что-то про будущее написано. Сейчас же все помешались на предсказаниях. Станислав Иванович в курсе. Мне был важен процесс."

"— Мне в общем-то тоже. Я такой прибор сварганил! Вот ещё бы провести настоящие полевые испытания...

Младший Галицын подпрыгнул, но снова сел и принялся механично сдирать с одежды репьи.

— Мужики! Ну, я знал. И ехал помогать. Кто крышует, ничего не знал! Сорокин — ублюдок! Он бабам головы заморочил, заманил в тайгу. И держал в рабстве! Отец с ним разобрался. Освободил женщин! А эта баба сама предложила забрать бизнес. Она же там рулила!

— Что ж ты, сучонок, раньше молчал? — взъелся Сатир. — Всю дорогу вешал нам — отца спасать! Сами разбоем занялись и ещё нас подставили?!

Сашенька хоть и плакала, но всё слышала.

— Вы, два взрослых человека, — вдруг возмутилась она жёстко, — пристали к мальчишке! Не смейте трогать! Его отец поступил благородно! Кирилл, немедленно извинись!

— Не суйся в мужские разговоры, — вдруг тихо прорычал тот. — Ну, ты меня достала.

— Да как ты смеешь на меня кричать?!

— Всё, устал от твоих капризов, — вдруг заявил Бурнашов. — Ты свободна. Испытания тюрьмой не прошла — прощай. Эй, охрана? Уберите отсюда эту женщину! Разведите по разным камерам! Я с ней развёлся!

Его вряд ли кто услышал, кроме сидельцев.

В следующий миг ветхий барак завибрировал вместе с подвальным этажом, а вертолётный гул заполнил пустое пространство тюрьмы. Машина садилась рядом с отделом милиции, норовя сбросить с него утлую кровлю.

10

Матёрая извивалась как змея и отбивалась ногами от омоновцев. Она больше не кричала, сопротивлялась с молчаливым остервенением, и два бойца, пытающиеся подхватить её под руки, отскакивали, как ужаленные. Ко всему прочему над ними реял пчелиный рой из повергнутых колодок.

— Отпустите их! — кричал на бегу Рассохин. — Вы что делаете?! Они ни при чём! Я здесь! Сдаюсь!

Полковника безжалостно забросили в вертолётное брюхо, как забрасывают мешок. Однако хозяйку Карагача и до вертолёта не дотащили, оставили на земле и подскочили к Стасу сразу со всех сторон.

— Освободите её! — успел крикнуть он, прежде чем его схватили и впечатали лицом в стеклянный нос вертолёта.

Обыскали быстро и профессионально, от шеи до ног, залезли в карманы куртки, вытаскивая содержимое, после чего развернули.