Запах цветущего кедра

— Замолчите немедленно! Как вам не стыдно?!

Почему-то заботливый и чуткий муж больше не утешал скорбящую, впадающую в истерику жену. И даже перестал спасать от репьёв её волосы.

— А зачем ты фотографию этой террористки в бумажнике хранил? — спросил он между прочим.

Вячеслав потянулся и изготовился к откровению.

— Она прежде всего женщина... И скажу тебе: очаровательная! Есть что-то такое, чего в других нет. Мама определила скрытую агрессию. Возможно, и в самом деле террористка.

— И ты это на снимке рассмотрел?

— Конечно, лучше бы вживую глянуть... На снимке ласковая кошка.

— Значит, мама твоя права, — вздохнул Бурнашов и покосился на жену. — Впрочем, тебе нравится экстрим.

Закончить монолог он не успел, потому как опять загремела лестница и привели Галицына-младшего. Недавно ещё занозистый, горячий парень как-то быстро сломался, сник, даже разговаривать не захотел, возможно, был в шоке. Лёг сразу на нары, долго не откликался, потом сел и сказал будто самому себе:

— Машину ошмонали. Нашли патроны от автомата...

Бритый наголо, он спас голову от репьёв, зато одежда его превратилась в шуршащую, колючую шубу.

— Хорошо — не труп, — отозвался Вячеслав, глядя в потолок. — И не героин. Патроны — мелочь, можно условным отделаться.

— Почему вам ничего не подбросили? — взъярился Роман. — Почему только мне?

— Подозреваю, что из-за твоего папашки, — предположил Бурнашов. — Сотворил что-то непотребное. Закрыть хотят обоих.

— Рома, ты должен знать, — подхватил Вячеслав. — Признавайся честно. Иначе мы тебя к параше определим.

— Давай готовь бабло на адвокатов! Это вы втравили отца! Он — полковник, человек чести!

— Ты бы на пахана рот не разевал, — посоветовал Бурнашов. — Колюжный теперь в авторитете.

— Кто здесь пахан?!

Вячеслав присел рядом с Галицыным-младшим.

— Твой отец отнял бизнес у Сорокина. Провёл рейдер-кий захват его предприятия. Весьма прибыльного. Попросту ограбил человека.

Роман как-то сразу онемел.

— Ни хрена себе! — воскликнул Сатир и разразился бранью. — Вот это новость!.. Ты точно знаешь?

— Прекрати ругаться! — взвинтилась Сашенька и заплакала. — Совсем не жалеешь меня! Ты просто хам и подлец!

— Нечего тебе в одной камере с мужиками делать, — вдруг мрачно проговорил тот. — Я предупреждал: в экспедиции возможно всякое. Теперь сиди, слушай и помалкивай.

Жена безутешно затряслась в рыданиях, а Вячеслав выслушал семейный скандал и похлопал Ромку по плечу.

— Ты знал об этом. И не выручать ехал сюда, а помогать. Теперь это у вас семейный бизнес.

Бурнашов головой потряс.

— Погоди, Слав... Ты-то откуда всё это знаешь?

— Из ЦК. А там знают всё. Так что мы паримся тут по вашей милости, господа Галицыны. Отвечать придётся.

— Ничего себе, какая у Сорокина крыша! — изумился Кирилл Петрович.