И киллеру за державу обидно

Только с утра я покинул квартиру Олега, набитую десятками вооруженных до зубов, бойцов, а вечером был звонок, разговор с Ананьевским Сергеем я приводил в прежних томах, думаю, нет смысла его повторять…

На следующее утро я узнал, что ни «Усатого», ни Лехи Садовникова больше нет…

Помехой оставался только «Женек» — Евгений Любимов, чего уже никто не боялся, поскольку у «лианозовских» исполнителей не было. Исчезнуть мне так и не получилось, время шло, а после обещания Андрея, что убивать мне больше никого не нужно будет, я остался. Но со временем меняется всё и все, убивать все же пришлось, но только через несколько лет…

Двадцать восьмого февраля был день рождение Надежды… Ничего не желая слышать, она покинула дом с утра, попросив отца отвезти ее на могилу к Тимуру. Не желая ни гостей, ни самого события, ни даже просто шевелиться, пробыла там довольно долго, не замечая времени и холода. Вернувшись с кладбища ближе к вечеру, она застали полную квартиру людей. Дочка сделала ее любимый салат оливье, мамы напекли хачапури и пироги.

Были Калинины, Саркисовы, Зурики, сестра Тимура — Карина, Александр Тобак, даже Алена Разумкова — бывшая, когда-то женой погибшего. Дарили, как оказалось, самое необходимое: Калинины целый гардероб вещей, кофты, свитера, маечки, в том числе брендовое дорогое платье. Чета Сахокия тоже преподнесли подобные подарки, коими завалили весь диван, представившийся тогда холмиком черного… именно только черного цвета!.. Все пригодилось — Надя носила траур год, оставив его и после, совершенно не обращая внимание на просьбы детей, родственников, друзей хоть что-то поменять. Мама Тимура — Нора, всегда носит черное, решив не одевать цветного до конца жизни.

Бачурин Юрий — «Усатый». Фотография из фототаблиц материалов уголовного дела

В конце дня позвонил Влад Листьев. Хлебниковы периодически встречались у Калининых. Тимур познакомился с ним на каком-то экономическом форуме в Сочи, с тех пор поддерживал теплые отношения. В трубке прозвучал его успокаивающий голос:

— Надюшь, я знаю, что ты мужественный солдатик. Я тебе обязательно помогу. Но сейчас так замотан с открытием Первого канала… Мы завтра начинаем! Обязательно заеду — расскажешь, и вместе подумаем, что делать… — Завтра настало Первое марта и вечером Листьева тоже не стало. Та же кровь, та же смерть прежде времени, то же горе…

Калинины хотели заехать за ней, но этот удар совершенно добил ее. Только через экран телевизора могла она несколько мгновений наблюдать за происходящим. На Александра и Эмму, по ее воспоминаниям, смотреть было совсем невозможно, свалившееся просто разбило их.