XXXL. Как (не) влюбить(ся) в миллиардера

Но разве можно осквернить эту демоницу ковром, видевшим миллионы чужих ног? Смел со стола все, что на нем было, уже ослепнув напрочь от безумия.

Говорят люди не сходят с ума коллективно. Нагло врут. Зина тоже поддалась помешательству. Ее руки проникли под лацканы моего халата и все. И я потерял вообще связь с миром, с космосом и всеми остальными местами притяжения. Она стала центром вселенной. И стол в дешевом отеле, как спасительный плот в бушующем океане. – Ты что? Ты… Я могу остановиться, – я замер, как громом пораженный. – Боже, девочка…

– Холод, не будь идиотом, пока я не передумала и не дала тебе по башке, – хрипло рыкнуло чертово созданье, вырубая меня напрочь из бытия. Стирая вообще из книги судеб. Такого я еще не испытывал никогда в своей жизни. И я понял, что теперь мне точно конец.

– Только не исчезай, – прошептал, ловя ускользающее сознание, – нам надо поговорить.

– При всем желании не смогла бы, – тихо прошептала моя сладкая булочка. – Егор. Ты что натворил, чертов ты мерзавец. Мы что натворили? Я вот приду в себя и точно тебя убью.

– Это будет самым лучшим вариантом, – хмыкнул я, проваливаясь в какое-то шальное счастье.

Я проснулась в полном одиночестве, что меня порадовало и разочаровало одновременно. Полумрак гостиничной спальни, показался неприятным, заставляющим себя чувствовать не в своей тарелке. Дожила ты, мать. Пала в дорогом гостиничном номере, поддавшись свальному греху. И с кем? С мерзким, наглым, нахальным, абсолютно сумасшедшим демоном-искусителем. При мысли о котором у меня даже сейчас сводит живот, и во рту становится сухо, как в пустыне.

Я встала с кровати и на цыпочках скользнула к прикрытой неплотно двери, закутавшись в пропахшую Холодом простыню. В голове зароились сотни прозрачных снежинок.

– Иди в задницу, Михуил, – насмешливый голос моего первого мужчины прозвучал устало. – Я же не лезу в твою личную жизнь. Иди отдыхай. Будешь нужен, позову.

– Моя личная жизнь не мешает твоей профессиональной деятельности, – хмыкнул амбал, которого я узнала по тонкому голосу. – Но в любом случае, праздник жизни окончен. Нас ждут в администрации губера. Ты ему обещал ремонт центральной улицы за поддержку, если что. За это, никто не вспомнит о наших с тобой бдениях в обезьяннике, устроенной тобой на пешеходном переходе аварии и твоего дефиле по улицам в девчачьей шапке.

– Я сейчас не могу. Мне надо принять ванну, выпить чашечку кофэ, – голос Егора звенел от смеха, и я тоже тихо хрюкнула. Черт, а я ведь… Да нет, не может быть. Ну просто поддалась слабости, но это точно не любовь. Нельзя же вот так сразу в омут с головой. Или можно? Только не это. От обрушившейся на меня мысли, под ногами закачался пол. И стало совсем не смешно. Страшно.

– Никуда твоя баба не денется.