Отзвуки времени

Долгими ночами Рита лежала без сна, перебирая в мыслях свои поступки, и не могла понять, где она допустила ошибку в воспитании и как её исправить? Под грузом новых отношений с Галей финансовые проблемы и собственная усталость отходили на второй план, потому что Галя занимала все её мысли с утра до вечера. Правда, была и ещё одна проблема, сидевшая в сердце как заноза — Лина. И чем глубже загоняла Рита мысли о ней, тем острее они ранили, пока однажды Рита не поняла, что дальше так продолжаться не может.

Неожиданное решение пришло в голову в тот момент, когда она опускала почту в ящик Волчегорского. Она ещё подумала: «Как странно. Стоило вспомнить о Никите — и сам собой выскочил ответ на вопрос о Лине».

В ближайшее воскресенье автобус высадил Риту с детьми около красивого здания, украшенного островерхой башенкой со шпилем. Прежде, в царские времена, здесь был особняк купца-миллионщика, щеголявший лепными потолками и архитектурными излишествами в стиле модерн. После революции особняк реквизировали под общежитие пролетариата, разгородив просторные залы на ряд спален без отопления и с отменной слышимостью.

Первыми под натиском нового времени пали шпалеры, выписанные из Лиона, следом со стен исчезли дубовые панели и каминные изразцы. Дольше всех продержалась лепнина на потолке в вестибюле, но и ей пришлось пережить окраску масляной краской ядовито-зелёного цвета. Мраморная лестница в пять ступеней заканчивалась постом охраны и турникетом.

Вахтёр за стойкой зорко осмотрел их с ног до головы и попросил Ритин паспорт.

— К заведующей?

— Да. Мы договорились.

— Детей оставьте здесь, пусть подождут. Я за ними присмотрю.

Притихшие, почти напуганные, Галя и Рома безропотно сели на скамейку, бросая вокруг тревожные взгляды.

— Мама, это детский дом? — громким шёпотом вопросил Рома. В его голосе звучал страх. — Мама, зачем ты нас сюда привела? Ты же обещала, что никогда нас не отдашь!

Искоса глянув на Галю, Рита заметила два красных пятна на её щеках и крепко сплетённые тонкие пальцы.

— Конечно не отдам. Никому и никогда. Я люблю вас больше всего на свете.

Острый подбородок Гали чуть дрогнул. Вытянувшись в струнку, она замерла, лишь дрожала жилка на тонкой шее.

Кроме них в вестибюле разговаривали две девушки, а на скамейке сидела и копалась в сумке неопрятная старуха в ярко-зелёной куртке.

— Мама, ты только недолго. Ладно? — сказал Рома.

Хотя Галя молчала, в её глазах Рита прочитала ту же просьбу и улыбнулась:

— Постараюсь не задерживаться.

На самом деле она пошла медленно и, миновав двери, остановилась и украдкой понаблюдала, как дети придвинулись друг к другу и взялись за руки.

— Оба ваши? — спросила женщина, которая вышла навстречу из кабинета.

— Оба, — подтвердила Рита. — Вы заведующая?

— Да.