Восточное наследство

Почему она убила Михеева? Возможно, Фатима испугалась, что Фоня видел ее с кем-то в машине. В этом случае она решила убрать свидетеля. Но трудно представить, что она именно Михеева ждала в квартире Кроткина на Плющихе. О прилете Фони не знал никто, включая самого Кроткина. Что делала Фатима на Плющихе? Ерожин допускал, что Фоня появился случайно, но не допускал, что он случайно убит. Девушка, сумевшая подготовить и осуществить казнь отца, а в том, что это была именно казнь, Петр Григорьевич не сомневался, случайно никого не убьет. Либо она предвидела, что Люба угодит за решетку, либо убирала свидетеля. Ерожин решил, что Фатима могла убить одним выстрелом двух зайцев.

Но тогда напрашивается вывод — девушка задумала месть семейству Аксеновых. В роддоме Фатима об Аксеновых не выведывала — ее интересовала Шура. «Интересно, какую роль играет первая жена Вахида в этом деле», — думал Ерожин, пряча блокнот в карман пиджака.

Самолет шел на посадку. Внизу, словно игрушечные, по трассе бежали автомобильчики и строились кирпичики домов. Стюардесса, чем-то напомнившая Ерожину Мухобад, велела пристегнуть ремни и сообщила, что в Ташкенте двадцать два градуса тепла и небольшие осадки. Як-40 подпрыгнул, ударив колесами о бетон, и, мелко дрожа корпусом и упираясь тормозами, побежал к зданию вокзала. Дождь и вправду моросил. Ерожин, не имея зонта, припустил быстрым шагом и, укрывшись в помещении, долго разглядывал доску с расписанием полетов. Московский рейс вылетал в семнадцать часов местного времени. Ерожин прикинул, что по-московски это будет всего на час позже. Разница во времени работала на Москву.

Встречать Петра Григорьевича не могли, поскольку в Ташкент перед вылетом звонить было рано. Поэтому Ерожин очень удивился, увидев улыбающегося Насырова. Тот бежал, радостно размахивая руками.

— Петр-джан, почему не предупредил?

Почему не оповестил? Калиджон позвонил полчаса назад. Мы с водителем еле успели.

Пришлось включать сирену.

— Я бы сам спокойно добрался. Зачем беспокоились? — удивился Ерожин.

Проезжая правительственную площадь с фонтанами, где при первой встрече Насыров проводил с москвичом политзанятия, Ерожин на этот раз сам попросил притормозить:

— Я на минутку. Хочу монетку в фонтан бросить, — объяснил Петр Григорьевич и, получив зонт, быстро пошел к фонтанам."

"Подойдя к мраморному обрамлению бассейна, он порылся в карманах, извлек связку ключей от дома и сейфа покойного Вахида и зашнырнул их как можно дальше под струйный дождь водяных каскадов.

Насыров предоставил гостю свой огромный кабинет. Петр Григорьевич только теперь, прочитав на дверях табличку, узнал, что его ташкентский хозяин по должности заместитель министра, по званию генерал.