Восточное наследство

В поведении узбекского генерала за все время общения Ерожин не заметил ни намека на чванство или начальственного тона. Хотя Рафик Насырович имел на это право и как старший по возрасту, и как старший по званию.

Значит, вот кому звонил Грыжин, догадался Ерожин и, усевшись за огромный полированный стол с десятком телефонов, принялся за работу. Связь в кабинете генерала работала безотказно. Первым делом Ерожин позвонил на Петровку. Он обрисовал обстановку Боброву, передал ему факс с фотографией Фатимы и запросил данные о Шуре, первой жене Вахида. Потом связался с дачей Аксеновых и убедительно рекомендовал им до его приезда территорию гольф-клуба не покидать и в Москву из Нахабино не ездить. Отзвонившись, отправил местных сотрудников проверить по записям авиаслужб, не выплывет ли след Фатимы, если она воспользовалась самолетом. От торжественного обеда Ерожин наотрез отказался и перекусил в ведомственной столовой, где к нему опять привязались журналисты. Петр Григорьевич считал вредной для дела газетную шумиху и попытался выставить все так, будто действовал по поручению Насырова.

Вернувшись в свой временный шикарный кабинет, обнаружил на столе факс из Москвы с российским адресом Шуры. Женщина вышла второй раз замуж, сменила фамилию и теперь жила невдалеке от районного центра в маленькой деревушке на берегу Волги. Разглядывая бумажку с факсом, он позвал помощника Насырова, приданного ему вместе с кабинетом, и попросил выяснить самый быстрый и короткий маршрут до Самары. Через пять минут помощник стоял навытяжку и докладывал: самолет раз в неделю, три часа двадцать минут лету, поезд Ташкент — Москва ежедневно, сорок три часа, автомобиль при следовании без ночных привалов — сорок пять часов. Но в случае непредвиденных обстоятельств время может измениться в сторону увеличения. Ерожин улыбнулся столь по-военному точному докладу, но, ничем не выдав своего удивления, записал данные в блокнот. Самолет улетел вчера, ждать неделю Ерожин не собирался. О машине не стоило думать. Ерожин в Среднюю Азию на автомобиле никогда не ездил, но из рассказов знал, что это весьма непростое путешествие может доставить множество приключений. Петр Григорьевич часто бывал в рискованных ситуациях, и потому их искусственный поиск его не прельщал.

Поезд отходил через два часа, и он решился. Первым делом отправил факс в Самару с тем, чтобы в городе его ждали. Факс имел литер Грыжина, поэтому за реакцию тамошних работников можно не беспокоиться. Оставалось попрощаться с Насыровым. Ерожин набрал мобильный номер своего покровителя и сообщил, что здесь с делами покончено и он срочно выезжает в Самару. Насыров сидел на заседании правительства, и проводить Ерожина не мог.