Королева восстанет

– Я хочу тебя обнять, – спокойно ответил он.

Теперь уже я не могла придумать, что сказать в ответ. Его слова прозвучали искренне, но нельзя придавать им слишком большую глубину. Они не означали, что он хочет снова полюбить меня. Точно так же, как не означал этого наш секс. То и другое просто говорило о том, что мы пересекли очередную черту.

– Я не могу, – еле удалось произнести мне.

Бенедикт глубоко вздохнул:

– Почему?

У меня болезненно сжалось сердце.

– Потому что я хочу большего.

Он сглотнул:

– Это все, что я могу предложить. – Голос у него охрип, а его слова хоть и не удивили меня, но неприятно ужалили.

– Я знаю, – прошептала я.

Бенедикт запустил руку во все еще влажные волосы. На лице внезапно отразилось страдание, и мне сразу стало его жаль. Несмотря на то что именно он препятствовал существованию нас… делал он это не со зла. Он поступал так потому, что не мог иначе. И возможно, как и я, хотел, чтобы все было по-другому. Не исключено, что мы оба столкнулись с одной и той же болью, просто с разных сторон.

– Прости меня, – чуть слышно пробормотал Бенедикт, и на этот раз, несмотря ни на что, именно я потянулась к его руке. Теплые пальцы сомкнулись вокруг моих, и глаза снова обожгли слезы.

– Это ты меня прости, – откликнулась я. – За все…

Он лишь качнул головой и вытянул руку в мою сторону. Я не знала, приглашение это или просьба. Но не хотела даже думать об этом. Прежде чем успел вмешаться рассудок, я уже прильнула к груди Бенедикта, а он одной рукой погладил меня по спине. Сначала осторожно, как будто почти случайно. Затем медленно, но решительно обхватил меня обеими руками. Прижал к себе. Крепко обнял.

Я сильнее прижалась к нему, судорожно вдохнула и уткнулась лицом ему в плечо.

Бенедикт теплый. Меня окутал его знакомый запах. Его сердцебиение вторило моему собственному. Все в нем исцеляло и одновременно причиняло боль.

– Мы не подходим друг другу, – пробормотал он срывающимся голосом.

Я крепче обвила его руками, прижимаясь к нему из страха, что он снова меня отпустит."

"– Уже нет, нет, – выговорила я. Сердце разрывалось на части, однако это правда. Какой бы ненавистной и жестокой она ни была. – Иногда я жалею, что ты не заметил мои шипы раньше, пока не стало слишком поздно. Пока я не успела причинить столько вреда…

Губы Бенедикта коснулись моего лба. Поцеловав меня в макушку, он обнял меня так же крепко, как я его.

Мгновение словно стало стеклянным. Я едва осмеливалась дышать. Одно неверное движение – и он мог разбиться. Ничего, кроме осколков; то, что было между нами, уничтожено навсегда. Возможно, этот момент с Беном – последний в своем роде. Мимолетная пауза, короткий вздох облегчения перед тем, как мы расстанемся – на этот раз навсегда. Но даже все понимая, я отказывалась это признавать.