Сердце волка

Иногда она уходила в Северный лес, ложилась на берегу озера и, запустив длинные тонкие пальцы в чёрную землю, закрывала глаза.

В такие моменты Лирин чувствовала, как из неё медленно, по капле, уходит жизнь. Всё тело болело, горело и ломало, но она упрямо продолжала приходить на берег озера и отдавать свой долг.

Лирин помнила о своём обещании. Впрочем, на самом деле она не думала больше почти ни о чём — только о Дэйне. Единственное, чего девушка по-настоящему хотела — это его возвращения.

У старшего советника она по-прежнему училась, и Рэнгар был очень доволен своей ученицей. Девушка схватывала всё на лету — языки давались Лирин легко, история отскакивала от зубов, математика и экономика не вызывали ни малейших затруднений. И постепенно Рэнгар начал уделять девушке всё больше и больше времени, стараясь сделать из неё, как он выражался, «образцового первого советника».

Родители были недовольны. Пытаясь поговорить с дочерью, они неизменно натыкались на холодную непробиваемую стену. Жёлтые глаза Лирин словно превратились в две льдинки, больно коловшие всех, кто пытался понять, что происходит в её сердце.

— Пойми же, дурочка, — горячился отец, — советники — всё равно, что рабы. Конечно, им почёт и уважение, но какой ценой это достигается! Почему, Лирин? Почему ты выбрала такой жизненный путь?

Мать просто молча плакала, глядя на отрешенное лицо дочери. Маре казалось — их с Родэном кто-то проклял. Сначала Дэйнар, родившийся горбуном, потом смерть Рэйнара, и вот, теперь Лирин — равнодушная, решившая посвятить жизнь служению дартхари, что, скорее всего, означало — внуков они вряд ли дождутся. Советники были нужны не для продолжения клана, а для помощи быстро меняющимся дартхари в управлении Арронтаром.

А ещё… кто польстится на Лирин теперь, когда она из сильной волчицы-ара стала слабой анта? Девушка почти не пахла самкой и была слаба, как новорожденный волчонок.

— Куда делась твоя сила? — прошептала Мара, стараясь поймать взгляд дочери. С некоторых пор Лирин почти всегда отводила его, словно не хотела смотреть родителям в глаза.

Вот и сейчас — уставилась в окно, даже не мигая.

— Ушла в землю, — ответила наконец.

Мара с Родэном удивлённо переглянулись.

— Так не бывает, дочь! — отрезал отец. — Сила даётся от рождения и проявляется в Ночь Первого Обращения. Ты же прошла её, с успехом прошла, ты была одной из самых сильных ара, Лирин!

— Была, — согласилась девушка, не отрывая взгляд от окна, где в тёмной небесной вышине мерцали яркие звёзды.

С недавних пор она ненавидела эти совместные с родителями ужины. Каждый день одно и то же — почему ты решила стать советником, куда делась сила… Что она могла ответить?!

Лирин не хотела даже смотреть на отца и мать.