Дом у воды

— Твоя мама права, — согласилась Света. — Но есть и другие красивые места.

— А твой дом тоже стоит у воды? Или рядом с ним большие строения? Мама говорила, что в городах все дома высокие.

— Да, — кивнула Света. — Мой дом тоже построен около воды. Только здесь озеро, а там река. Тебе понравится.

— А у нас по озеру плавает кораблик, — похвасталась девочка.

— И у нас по реке ходят небольшие кораблики и лодочки. А по стене дома вьется плющ. Около берега плавают уточки и лебеди. Вот приедем, возьмем Эжена и отправимся все вместе кататься.

— Ура! — закричала Олеська и захлопала в ладоши."

"А Света почувствовала, как от тоски по сыну защемило сердце.

Глава 25

Проглядывая сквозь тучи, низкое пологое солнце, самый великий художник, разрисовало небосклон розово-оранжевыми мазками. От мягкого теплого света снег моментально приобрел синий отлив. Черными статуями застыли кусты, и даже засохшие по осени травинки, словно нарисованные пером, темнели в закатном мареве. Деревья, облепленные снежком, будто укрытые пуховыми платками, походили на невест, кивающих Гаранину в такт ветру.

— Сам себе я господин, — пропел ветер в ушах. — Проживу всю жизнь один!

Арсений отмахнулся от дурацких мыслей, но в голове следом прозвучало:

— И куда на мир не глядь, для меня найдется бл.дь!

Он расхохотался во весь голос, останавливая вездеход, а потом пробормотал себе под нос:

— Никогда сроду стихи не сочинял! А тут накрыло.

А потом оглянулся по сторонам, в зареве уходящего солнца берега и лес показались незнакомыми, и воскликнул не сдержавшись:

— Куда я заехал, твою мать!

По очертаниям берега и солнцу Гаранину удалось сориентироваться. До Лебяжьего оставалось всего ничего.

«Заскочу к бабе Клаве, куплю творога для Олеськи», — решил он, в глубине души ругая себя, что психанул и помчался невесть куда в сумерках. Он оставил Ямаху около дома и, убрав тонкие, одинаково поструганные бревнышки, загораживающие вход, подошел к двери и постучал в окно.

— Есть кто живой?

Маринкина бабка выглянула из-за занавески и затопотала в сенях, открывая ему дверь.

— Тебя, Сенечка, мне сам бог послал, — запричитала жалостливо.

— Что случилось, бабКлава? — добродушно осведомился он, глядя в морщинистое лицо и отмечая беспокойство в глазах и поджатые синюшные губы. — Чем помочь?

— Да вот не знаю я, — пожала плечами бабка и принялась хлопотать у печки. Арсений уселся за стол и приготовился ждать. Баба Клава просто так глупости молотить не станет. Если уж обмолвилась о помощи, значит, что-то стряслось. Знать бы что!

Но торопить старуху не имело смысла. Пока сама шестеренками в голове не прокрутит, пока не решит, с какого боку зайти, ничего не скажет. А настаивать или выпытывать толку нет. Рассердится и выгонит своенравная Яга.