Дом у воды

С одной стороны, хотелось обнять Светку и не отпускать. Никогда. Дать нерушимые обеты, навсегда привязывающие друг к другу. Заделать ребенка, жениться и жить с обожаемой женщиной. А с другой… Полина тоже поначалу казалась верной и любящей, а появился Севочка, и жизнь понеслась под откос.

«Не хочу», — пробурчал про себя Гаранин, сам до конца не понимая, от чего именно с души воротит. To ли от идеи скоропалительно жениться на ляльке, то ли от белого конвертика, валяющегося на краю стола.

— У меня голова болит, — пробормотала недовольно Света и сразу прошла в зимовку. За ней следом заскочила Олеська и, стянув с себя сапожки и комбинезон, плюхнулась рядом на кровать, не оставив Арсению даже шанса устроиться рядом.

Он прошел на кухню и, вскипятив чаю, завалился на диван. А потом, передумав вставать, задремал. И неожиданно для себя осознал, что в его прощение никто особо не нуждается. Нет, конечно, Полине хочется замолить грешки, а Севе помириться с братом. Но, хоть прости их трижды Арсений, на мнение Космонавта это не повлияет."

"«Отец никогда не примет в своем доме женщину, рассорившую его детей. Разве что когда родится внук или внучка. И то не факт, — мысленно отметил он и покосился на злосчастный конверт. — Зря оставил, — хмыкнул мысленно. — Читать Полькину ложь не собираюсь. Севке наплету с три короба, что ни на кого зла не держу. Пусть живут и радостно размножаются».

Гаранин громко зевнул, намереваясь поспать, как в кухню притащилась Олеська. Стянула со стола печенье, запила чаем из Сениной кружки, а потом, увидев конверт без надписи, кинулась в зал за карандашами и начала что-то рисовать.

— Ты есть хочешь? — осведомился Гаранин, наблюдая, как девочка старательно выводит фигурки людей, домики и солнце.

— Нет, — отмахнулась Олеська и, высунув язык, принялась раскрашивать солнечные лучи.

Арсений, чуть слышно ступая, отправился в зимовку. Примостился рядом с сонной Светой и, крепко прижав ее к себе, пробормотал чуть слышно:

— Не беги от меня, девочка. Я без тебя пропаду.

— Другую обнимешь, — пробурчала она сквозь дрему. — Я уеду, ты быстро замену найдешь.

— Найти-то не трудно, — хмыкнул он, прижимая ее к себе. — Но зачем нам расставаться, если и так хорошо?

— Я пока никуда не еду, — отмахнулась она. — А там посмотрим… Может, скоро надоем и ты меня в Зарецк отвезешь и в первый попавшийся поезд посадишь.

— Даже не мечтай, куколка, — рыкнул Гаранин. — Как ты можешь надоесть, если мы и не ссорились.

Он чмокнул ее в ключицу и тревожно подумал, что и с Полиной жил в ладу, а оказалось-в аду. За женой пришлось долго ухаживать, пока она не соблаговолила переспать с ним. И то у нее на пальце уже играл всевозможными гранями бриллиантик помолвочного колечка. А ляльку и просить не пришлось.