Во имя любви

Пенелопе хотелось, чтобы Кэмден побыстрее ушел, но тут она вдруг поняла, что он ждал отпущения грехов. Что ж, ему придется ждать до тех пор, пока ад не превратится в цветущий луг.

– Тебе нет прощения.

Кэмден вздохнул и проговорил:

– Я вел себя как человек, лишенный каких бы то ни было принципов.

– И это тебя раздражает, верно?"

"На лице Кэмдена отразилось удивление, но, к его чести, он не солгал.

– Да, раздражает. Ты знаешь, как много усилий я прикладывал к тому, чтобы доказать, что не все Ротермеры негодяи.

Пенелопа тоже вздохнула. И тут же почувствовала, как на нее навалилась ужасная усталость.

– Кэм, повзрослей наконец-то и пойми, что ты не идеален. Ты совершил ошибку и…

– Находясь рядом с тобой, я только и делаю, что совершаю ошибки, – поморщившись, перебил Кэмден.

– В таком случае… Наверное, будет лучше, если мы никогда больше не встретимся. Согласен?

Он утвердительно кивнул.

– Да, наверное.

Пен снова вздохнула. Столь поспешное согласие, казалось бы, не должно было причинять боль. Конечно же Кэм хотел поскорее от нее отделаться. Она была для него лишь тяжкой обузой. И все же она заставила его потерять голову от страсти, а потом отвергла да еще и отвесила пощечину.

– Тогда убирайся из моей каюты, – проворчала Пенелопа.

Корабль тряхнуло так, что Кэм вынужден был ухватиться за опору кровати. К счастью, вся мебель в каюте была крепко прибита к полу.

– Но ты говорила, что боишься…

– Теперь я боюсь тебя, – перебила Пенелопа и тут же пожалела о своих словах.

– Пен, я… – Кэмден побледнел и умолк. Но все же не уходил. Неужели не понимал, что она не хочет его видеть?

И вновь раздался оглушительный треск. Обладающая богатой фантазией женщина, наверное, сказала бы, что это разбилось ее сердце.

– Пен, я не хотел, чтобы все случилось именно так. Прошу тебя, прости.

Сейчас Кэм говорил как мальчишка, которого Пенелопа когда-то знала. И она влюбилась в того мальчишку. Доверяла ему свою жизнь. Она уже приготовилась закричать, – но вдруг замерла ошеломленная, когда увидела, что дверь за спиной Кэма распахнулась, и на пороге возник одетый в дождевик Голиаф.

– Ваша светлость, ваша светлость, поднимитесь скорее на палубу. И леди – тоже. Капитан говорит, что «Пустельга» вот-вот врежется в песчаную отмель. Мачта сломалась, и мы уже черпаем бортом воду. Нужно пересесть в шлюпку, если хотим спастись.

Пенелопа в ужасе взглянула на Кэма.

– Мы пропали? – пробормотала она.

– Нет. Даже не думай об этом. Дай мне руку, Пен.

А потом все вокруг превратилось в сплошной хаос – яхта с треском на что-то налетела.