Ветер с севера

Так зачем же ты его так будешь подводить? Лен? Представляешь, что с ним будет, если от вас на балу искры лететь начнут, и станет всё ясно, как белый день? — Кать, а ведь ты права. Я совсем о нем не подумала. Мне так хотелось с ним танцевать… — Потанцуешь. На выпускном. Когда ты больше не будешь его ученицей, а он — твоим учителем.

У вас разница то в возрасте всего ничего. — Шесть лет почти. — Ну, разве ж это много….

Мысли Кати были не об Илье и Лене, а о человеке, разница в возрасте с которым у неё была куда существенней. Единственное, что напоминало Катерине о Ветрове — его карандашный портрет, сделанный ещё тогда, сразу после военного парада. Рисунок лежал в толстой папке с Катиными работами. На самом дне.

Так они и вышли на полонез. Катерина в паре с Ильёй Сергеевичем. Епифанова с Вербицким. Ленка старательно не смотрела в сторону Катиного партнёра. Зато Мишка не сводил глаз с Кузьминой.

После того неудачного поцелуя в поезде Мишка пытался держаться от Кати на расстоянии дружеского общения. Выходило у него плохо. В школе Вербицкий старался не выпускать Катю из виду. А когда стало известно, что Кузьмина идёт на бал с Власенко, чуть не лопнул от ревности. Он даже в пылу нахамил молодому педагогу. Математик смерил его тогда снисходительным взглядом и ничего не ответил.

Когда зазвучал вальс, Вербицкий оказался возле Кати первым. Церемонно поклонился. Катя сделала реверанс. Всё по правилам. Как наставляла Дарья Андреевна. Они закружили в танце вместе с остальными парами.

Катины мысли были сейчас на полторы тысячи километров севернее. Там, наверное, полярная ночь. Она же пообещала вальс Ветрову. Хорошо, что уже научилась танцевать. Только платье нужно будет другое.

Мишка не мог оторвать глаз от партнерши. Взглядом скользил по её лицу, тонкой изящной шее, жемчужной нитке, уходящей в вырез платья.

В большой арктический поход вышли с базы десятого августа. За два месяца корабли и суда обеспечения прошли двенадцать тысяч морских миль. Учения проходили в акваториях Баренцева и Карского морей и в море Лаптевых, после — недалеко от полуострова Таймыр и в районе якутского поселка Тикси.

Два месяца изнуряющей работы. Всех, от командира до матросов. И изматывающие погодные условия. Долгота дня за это время уменьшилась с двенадцати часов до восьми. Температура к концу упала почти до минус тридцати. Ниже средних значений. Но на то он и Северный флот.

Для Вадима это был не первый арктический поход. А вот для многих ребят из его экипажа, такие условия службы были в новинку.

Перед выходом был уже почти традиционный алярм* по поводу обмундирования.