Вдова его величества

Угольная пыль попала и на юбку, и на рукава, и кажется, так уже случалось, давно, в той, прошлой, жизни, когда Катарина слишком увлекалась работой.

Выходит, снова… Она прижала камень к щеке.

– Скоро, – пообещала ему Катарина. – Скоро я тебя отпущу, если не забыла, как это делается.

Разум молчал. А тело шептало, что ничего-то оно не забыло и если Катарина решится, если готова потерпеть боль, самую малость, то нужно лишь начать.

– Нет, – она ответила самой себе, возвращая нефрит на место. – Завтра. Или послезавтра. Но сейчас уже поздно. И ужин, наверное, подали.

Останки, освобожденные из плена одежды, которой нашлось место на соседнем столе, выглядели донельзя жалко. Голову Кайден уложил рядом. Он аккуратно отмыл волосы, стер с лица остатки плоти, которая скорее мешала, высвободив чистую светлую кость.

– Позволишь? – Гевин в чужом доме держался подчеркнуто вежливо.

И Кайден склонил голову и отступил от стола.

Он наблюдал за тем, как Гевин снял дублет, закатал кипенно-белые рукава рубахи, выставляя гладкую безволосую кожу рук. По ней узором чешуи расползались родимые пятна.

– Да, матушку они несказанно раздражали. Она все пыталась вывести, то мази прикладывала, то сок чистотела. Как-то даже известью пыталась прижигать, – Гевин взмахнул руками, пошевелил пальцами. – Именно тогда я понял, что быть нелюдью – так себе удовольствие."

"Сейчас он выглядел спокойно и даже расслабленно. Руки скользили над телом, и разбухшая плоть сжималась, чтобы осыпаться прахом.

– Что-то оставлять? – Гевин дошел до колен.

– Нет, чисти все.

– А это?

– Я запечатлел, – Кайден вытащил из шкатулки кристалл. – Да и свидетельства будет достаточно. Хотя… просто высушить сможешь?

Гевин кивнул.

– И как оно… вышло?

– Про меня? Точно не знаю. Матушка долго и старательно делала вид, что я обыкновенен. Я и сам так думал до… одного происшествия. Но это личное.

Иссыхая, плоть становилась серой и хрупкой, она походила на бумагу, которой обернули кости. И теперь дыра в животе больше не гляделась страшной. А вот кое-что необычное Кайден заметил.

Он осторожно прикоснулся к хрупким краям. Раздвинул их – сухая ткань трещала – и сунул руку внутрь.

– Это выглядит отвратительно, – соизволил сказать Гевин.

– Это изначально отвратительно, – согласился Кайден, ощупывая сухую камеру. Плохо, что тело столько пролежало и внутренние органы его расползлись, растворились в воде, а потому сложно оценить степень повреждений. – Но еще и немного странно.

– Что именно?

– Слишком маленькое отверстие. И само тело… если взглянуть отстраненно, оно почти не изменилось. Ты когда-нибудь видел коконы болотников?

– Нет. И не горю желанием.

– А мне доводилось. Лет этак десять тому. На зачистке. Небольшая деревенька к северу от Бристона.