Ведун. Книги 1-18

Мы с боярином Годиславом насилу из морока колдовского вырвались, коим тамошняя ведьма этих зверей обороняет. Посему совесть моя требует скакать туда скорейше и безобразие это прекратить.

– Что же ты сразу с ней не управился, коли удалец такой?

– Больно сильна оказалась. Да двое душ невинных со мной случились. Их тоже спасти надобно было.

– Странен ты, чародей. На дороге глухой сгинешь – никто и не услышит. Подвиг свершишь – никто и не прознает. Здесь же – не серебро, так хоть слава тебе достанется.

– Ты забыл, княже? Я не могу получать награды за свое колдовство. Слава – это тоже награда. Искать ее значит искать награды.

– Ты уже добился славы, ведун. После сегодняшнего обеда про тебя станут рассказывать по всем уголкам Великой Руси. Не страшно?

– Я не искал славы, княже, как не искал этой гривны. То, что приходит непрошеным – это не плата. Это подарок судьбы.

– Ты совсем запутал меня, чародей, – отмахнулся князь. – Скажу тебе так. По размышлении своем считаю я, что защита путников от колдовской напасти и волков есть деяние, для княжества моего полезное. Посему гнева на тебя держать не стану. Но! – Голос правителя стал жестким. – Но обмана ни от кого терпеть не желаю! Посему приказываю тебе, чародей, по исполнению обета, каковой ты на себя принял, сюда вернуться и доказательство доставить, что все обещанное ты исполнил. Коли правду сказываешь и по совести живешь, будет тебе милость. Коли князя Русского обмануть посмел, то не станет тебе на Руси ни покоя, ни прибытка, ни прибежища. Суд княжий тебя настигнет и справедливость свершит.

– Воля твоя, княже, – склонил голову Олег.

– Быть посему. – Правитель поднял кубок. – Ныне же славному ведуну Олегу здравицу сказать хочу. Долгие лета радетелю честному! Поболе бы таких витязей нашей земле. Слава!

– Слава, слава! – подхватили княжий тост бояре, дружно поднимая кубки. – Здрав будь, чародей!

Волчица

Годислав управился с делами только через пять дней – что, впрочем, Олега ничуть не удивило. Так уж всегда случается: думаешь месяц трудиться – ан за пару дней все удается. Хочешь сделать за день – застреваешь на неделю. Тем паче что жизнь вокруг шла неторопливая, и потерю лишней недели никто особой горестью не считал.

Выехали они из столицы в Телятий день – время весеннего отела коров. Теперь ведун наконец-то узнал точную дату здешнего календаря: примерно девятнадцатое, двадцатое или двадцать первое февраля. Ну, самое позднее – двадцать пятое. В общем – понял, что дело двигается к весне, и здешний месяц Вьюговей вот-вот сменится Протальником. Для пахарей Телятий день был сигналом к тому, чтобы готовиться к близкой посевной.