Ведун. Книги 1-18

Середин сделал глубокий вдох, вскинул руки, напрягся, вонзив свой взгляд в зрачки противника. Тот спокойно стоял перед окном и не шевелился. Олег недовольно тряхнул головой:

– Нет, не так. Лучше выйди из света в тень. Сейчас все получится... – И когда маг занял указанное место, снова вскинул руки, напрягся, даже скрючив пальцы от напряжения. Стиснул зубы... И опять недовольно фыркнул: – Нет, не здесь. Лучше у столба. Встань между гуслярами и опорой.

Маг, глядя на него с неприкрытой насмешкой, передвинулся на указанное место.

– Здесь?

– Да, здесь. Сейчас ты поддашься...

Олег снова вытянул пальцы в его сторону и вперил взгляд точно в зрачки. И опять недовольно фыркнул:

– Проклятье! Ты что-то делаешь руками. Расставь их, чтобы я видел ладони.

– Пожалуйста, – презрительно хмыкнул чародей, расставляя руки в стороны. – Так ты их видишь?

– Выше, – попросил ведун. – Еще немного. Да, так хорошо.

Он снова скрючил пальцы в направлении веселого противника и почти сразу сдался:

– Нет, опусти. Давай попробуем перед гуслярами...

– Ведун, мы все в нетерпении, – поторопил его правитель. – Мы ждем.

– Послушай, княже, – повернулся к трону Олег. – Твой придворный маг уже несколько минут бегает с места на место, подчиняясь каждому моему слову, поднимает и опускает руки, соглашается с любым требованием. Чего вам еще нужно? Разве я не выполнил условие поединка?

Трапезная содрогнулась от хохота с такой силой, что железные решетки затряслись в оконных проемах, а несколько гостей расплескали драгоценное фряжское вино. У русского князя от смеха покатились слезы.

– Порадовал... Ну, порадовал... – в перерывах между приступами хохота выдавил он. – Иди сюда...

Князь решительным движением сдернул у себя с шеи толстую золотую гривну и одним движением надел на шею ведуна:

– Достоин! Давно так не веселился. Давно не узнавал так много. Давно... В общем, хочу видеть тебя при своем дворе, ведун! Кто еще такого достоин, кроме тебя?

– Благодарю тебя, княже, за награду, – приложил руку к груди Олег, – но придворным я стать никак не могу. Я же сказывал. Кто плату за дар свой берет, тот теряет его разом. Навсегда.

– А ты задаром послужи, – весело предложил правитель, утирая слезы.

– Коли по совести надобно, то и послужу, – кивнул Середин. – Без нужды оставаться не могу. Прости. Моя судьба предначертана в делах приземленных и в скитаниях. Обязан я ныне снова в дальний путь собираться, ибо дело важное осталось незавершенным.

– Что же за дела такие для тебя важнее княжеской службы кажутся? – успокаиваясь, поинтересовался князь."

"– На Тверском тракте волки шалят, путников душат, лошадей жрут. Да так, что заброшен он почти ныне. Мало кто на него свернуть решается.