Ведун. Книги 1-18

На вид безоружных – но Середин был уверен, что в рукаве у каждого имеется увесистый кистень на прочной жиле. Ведь не просто так они толпою возки сопровождают? Видать, что-то важное для себя перевозят.

– Как мыслишь, дружище? – прервал свой длинный монолог Годислав.

– Невесту тебе подыскивать надобно, это верно, – согласился Олег. – Вот только я тебе в этом деле не помощник. Я человек служивый, а не родовитый. Такого засылать нельзя. Обидеться могут.

Тележный обоз прокатился мимо и минут через пять скрылся позади за поворотом реки. Впереди никто из путников больше не показывался, позади никто не догонял. И только ратный разъезд неожиданно остановился и стал поворачивать назад.

– Зона патрулирования кончилась? – усмехнулся Середин. – Интересно, а порубежье Русского княжества где проходит?

– Пола, она до истоков вся русской считается, а вот Явонь... Чего это они? – Один из всадников отъехал в сторону, остальные пятеро стали разгоняться. – Они ведь нас потопчут! – Боярин привстал на стременах: – Эй, служивые, куда вас несет?!

– Идиотская шутка, – пробормотал Середин, глядя на несущихся во весь опор витязей. – Еще десяток шагов, и даже отвернуть не успеют.

Но тут все пятеро одновременно опустили рогатины, нацелив их на Олега и Годислава.

– Ё-о... – только и успел выдохнуть ведун, рванул саблю и поводья.

Узда едва не разорвала губ лошади, она привстала на дыбы и рывком попятилась, принимая в себя удар сразу трех копий. Олег дернул ступни из стремян, перекинул ногу, спрыгивая, и рубанул загривок проносящейся мимо лошади – нанести более прицельного удара в его положении было невозможно. Чужой скакун тем не менее споткнулся, кувыркнулся через голову. Ведун, уже приземлившись, побежал к нему, нагоняя катящегося воина, и, прежде чем тот успел встать, на всю длину вогнал клинок сабли тому под кольчужный подол, подхватил щит, развернулся. На него уже налетал другой воин, замахиваясь мечом. Олег, приседая, вскинул щит, рубанул вражеского коня вдоль брюха, распарывая подпруги. Оказавшись незакрепленным, седло провернулось набок, ратник вякнул, как пес с придавленной лапой, раскинул руки, падая на спину, – ведун оказался тут как тут, чтобы добить убийцу, не успевшего встать на ноги, и подобрать меч.

На миг настала передышка: трое невесть откуда взявшихся душегубов пронеслись вдоль обоза саженей на пятьдесят и теперь осаживали коней, разворачивались. Боярин Годислав лежал на снегу лицом вниз. Холопы, ошалев от увиденного, застыли на облучках саней.

– Я и сам обалдел, ребята... – пробормотал ведун, даже не задумываясь, по въевшейся в плоть и кровь привычке вытер клинок о штанину убитого чужака – чтобы не заржавел, – сунул в ножны, попятился к своей несчастной кобылке.