Ведун. Книги 1-18

Потом еще нагреем, пройдемся ручниками и окончательно остудим. Спокойно, на воздухе. Петля ведь сыромятной должна быть — гнуться, но не лопаться. Так что подождем…

Вчетвером они уселись на пороге — бородач и ведун по краям, мальчишки посередине.

— Ну что, работнички, умаялись? — подошла Людмила и протянула глиняную крынку: — Вот, кваску холодного попейте. А ты, чужак, уж прости меня, беспамятную, от мыслей глупых никак избавиться не могу, всё забываю. Баньку я затопила тебе с дороги.

Захар громко крякнул, поднялся и двинулся вверх по проулку.

— К сумеркам возвращайся, дядя Захар! — крикнул вслед Одинец. — Аккурат петля твоя поспеет!

— Квасок понравился? — поинтересовалась у него женщина.

— Ага. Благодарствую, мам.

— А теперь иди воды для бани потаскай. И поболе! Ден десять, мыслю, не мылись. — Она присела рядом с ведуном: — Не серчай, чужак, что сразу не позаботилась. Совсем всё из рук валится, как одна осталась.

— Не чужак я, — вздохнул Середин. — Олегом меня зовут.

Лучше поздно, чем никогда. Приглашение в баню стало для него первым приятным известием за много, много дней."

"Парился Олег долго, со вкусом. Сперва полежал на полке, согреваясь сухим жаром, пока пот не покрыл тело крупными каплями, пробив засаленные поры. Потом слегка ополоснулся и залез на полок снова, похлестался веником, еще раз ополоснулся, и опять вытянулся, пропитываясь щедрым теплом до мозга костей. Потом пришла Людмила и тут же плеснула на камни несколько ковшей воды. Пришла обнаженной — не принято как-то на Руси в бане стесняться. Это вроде как к доктору сходить. На улице голому показаться — стыдно, а перед врачом — ничего особенного. Была она из себя очень даже еще ничего. Несмотря на несколько родов, груди не отвисли, живот оставался подтянутым, а широкие бедра так и ждали появления новой жизни. Середин, чтобы не распаляться на чужое, отвернулся к стене, но добрая хозяйка принялась посыпать его спину золой, чтобы потом растереть мочалкой, облила водой прямо на полке, потом плеснула водой на камни и потребовала:

— Теперь меня пусти.

Олег, кое-как маскируя восставшую плоть, освободил место, облил женщину, растер золой ее тело и тоже принялся поливать камни, пытаясь спрятаться в клубах пара.

— Вон, шайку возьми, — усаживаясь, указала на низкое деревянное корытце женщина. — Ты чего, и не мылся без меня?

— Грелся, — кратко ответил ведун, смешивая воду.

Он с сожалением понял, что его уважительно пустили мыться в первую очередь. Вторыми идут женщины с детьми, а в третью, известное дело — банщики с овинными, кикиморами и прочей нечистью. Значит, нужно ополаскиваться быстрее да место освобождать. Валяться на полке, пока не надоест, не получится.

— Хорошо-то как, — пробормотала Людмила.