Ведьму сжечь, или Дракон, я тебе (не) пара

Почему они называют меня Августиной? И что это за монастырь?

Они меня с кем-то перепутали!

— Послушайте! Я не Августина. Про монастырь понятия не имею. Отпустите меня, пожалуйста! — смотрю в его бесцветные глаза, ищу там понимания.

У меня крохотная надежда, вдруг этот тюремщик окажется человеком разумным.

— Прискорбно. Юная, красивая, а чары вконец поработили твой разум, — дергает себя за бороду. — В камеру ее, — немного подумав, добавляет, — В дальнюю.

Мужики в латах, продолжая просить вулкан о защите, освобождают меня от сетки и заталкивают в клетку.

Кровать. Ведро. Маленький деревянный стол. Стул. Вот и вся роскошь.

И что мне теперь делать? Как вообще разобраться? Стены каменные, сырость, холод. В аду же жарко, должно быть!

Да и запашок тут, кхм… тошнотворный. Сажусь на постель. Закрываю лицо руками. Вот теперь самое время пожалеть себя.

— Кааатастрофффа! — раздается каркающий голос где-то наверху. — Кошмар! Издевательство! Как!

Потом следует странный звук, смесь карканья и мяуканья.

Поднимаю голову. На тюремном окошке сидит необычайной красоты птица. Перья переливаются всеми цветами радуги, огромный клюв, черные глаза-бусинки.

Зависаю. Чудо. Любуюсь птицей. А она, похоже, недовольна чем-то. Бегает по окну и машет крыльями, издавая странные звуки. Потом замирает. Медленно поворачивает голову. Смотрит на меня.

— Это ты во всем виновата, бестолочь! — топает лапами, поднимает крыло и ослепляет меня переливом перьев. — Добегалась!

Не знаю, каким образом. Это реально магия. Но я узнаю птицу…

— Семен? — спрашиваю охрипшим голосом.

— Какой я тебе Семен! — каркает. — Очнись, Машка! Я больше не кот! Я ворона! — падает, машет крыльями, кряхтит.

— Ты очень красивый ворон, Семен, — пытаюсь его приободрить.

Он стонет так, будто помирать собрался.

— Чтоб тебя блохи загрызли! — то ли фыркает, то ли каркает.

— И, правда, как ты из кота умудрился превратиться в птицу? — подхожу, чтобы погладить его, и тут же получаю болезненный клевок по руке.

— Я избавлюсь от своей жены! — восклицает король. — Святой вулкан спас меня от ненавистного брака!

— Ваше драконье величество, слишком опрометчиво с вашей стороны, — качает головой советник.

После ужасающей церемонии они направились прямиком в королевские покои.

— Ты ее видел? Она… же… она, — Мирград хватает ртом воздух. У него не хватает слов, приличных тем более. — Недоразумение!

Мягко сказал. Считай, комплимент сделал.

— Брак с Августиной одобрен вашим батюшкой двадцать лет назад. Он позволит укрепить наши силы. Супруга не для услады глаз нужна, ваше драконье величество, а для процветания империи, — советник с укором смотрит на дракона, в сотый раз ему приходится пояснять прописные истины. — Для телесных утех всегда можно прибегнуть к услугам искусниц.