Заповедь Варяга

Похоже, что об этом не знали и десять офицеров, составляющих его сопровождение. Это неведение отчетливо отражалось на их унылых физиономиях, когда они проезжали очередную зону. Состав, в котором везли Варяга, почти полностью был опломбирован и больше напоминал военный эшелон, в котором развозят сверхсекретную технику. Днем его загоняли на запасные пути, подступы к которому оберегал взвод молоденьких солдат, а ночью, наверстывая упущенное время, состав мчался на предельной скорости.

Владислав был готов к тому, что его закроют на долгие годы в крытке; осознавал, что месяцами могут переводить из одной зоны в другую; не исключал и того, что подолгу будут держать на пересылке, чтобы истощить не только физически, но и морально. К чему он не был готов, так это к «сучьей» зоне. Худшего наказания для вора придумать было невозможно."

"Правда выяснилась на десятый день пути. Начальник караула, седой майор предпенсионного возраста, которого Варяг называл Данилычем, под большим секретом поведал о том, что его везут в знаменитую «сучью» зону к полковнику Шункову Глебу Игоревичу. Владислав обратил внимание на то, что когда Данилыч произносил его фамилию, то голос майора уважительно понизился на полтона. Известие Варяг встретил с видимым безразличием. Не дело вору впадать в уныние!

– Ну что ж, – отвечал он бесцветным голосом, – сидел я не однажды в российских зонах, приходилось бывать в американском так называемом исправительном центре. Так почему бы не скататься и в «сучью» зону. Ведь там тоже люди живут!

Эту новость Данилыч сообщил Варягу не бескорыстно – он почти заискивал перед именитым гостем. Дело было в том, что его племянник находился под следствием за разбой и совсем скоро немилостивый суд должен был дать ему «строгача» и выплюнуть на исправление в северные широты. Статья у парня была авторитетная, с такими людьми в лагерях считались, но худшее заключалось в том, что родственников милиционеров зэковская братия не жаловала и в первые же дни пребывания в следственном изоляторе заключенный скатывался в касту «опущенных». Выслушав Данилыча, Варяг обещал помочь его племяннику и в этот же день отписал в зону маляву, которая должна была стать для парня охранной грамотой.

Глава 8

Я ХОЧУ ПОМОЛИТЬСЯ

Вот и прибыли. Варяга встретил обыкновенный поселок с леспромхозом, по которому разъезжали раздолбанные грузовики. Подобных хозяйств на своем веку Варяг насмотрелся немало. Половина жителей – вольноотпущенные или бывшие заключенные. Откинувшись, далеко не уезжали, обзаводились здесь семьями и жили смирненько. Плодили детей и пили горькую. Владислава вывели из вагона и повели по поселку. Неожиданно Варяг остановился:

– Здесь есть церковь?

Офицеры, сопровождавшие вора, удивленно переглянулись.