В сердце Бостона

– Я не могу… Не могу… Я… Мы… Нас больше нет…

– Как «нет»? А куда же мы делись?

– Мы умерли, Бостон… Разве ты не понимаешь? Три года назад. В той самой машине, которая свалилась в залив Массачусетс. Мы утонули, Бостон.

– Тогда почему мы все еще дышим?

Ее глаза, полные слезы, застывают напротив моих глаз. Я все еще стою перед ней на колене. Держу открытую коробочку и протягиваю ей кольцо.

– Не хорони нас, Кендалл. Мы все еще живы. Реанимируй. Дай нам шанс. Хочешь, я повторю миллион раз, как сильно люблю тебя до сих пор? Хочешь, я буду повторять каждый день по миллиону? Лишь бы видеть твою улыбку. Лишь бы ты была со мной. Хочешь? – беру ее за руку, и Кендалл проглатывает всхлип. – Я люблю тебя, Кендалл. Люблю тебя, Конфетка. Люблю тебя, мой ветер. Люблю, ураган. Люблю тебя бешеную, неуправляемую, безумную, дикую, добрую, самую красивую. Люблю твое лицо, тело, душу. Люблю каждый твой изгиб. Люблю твое изящество. Люблю, как ты смотришь на меня прямо сейчас. Люблю твою силу воли. Люблю как ты искренне любишь и всегда отдаешься без остатка.

– Хватит, – она выдергивает свою руку, когда я начинаю покрывать поцелуями тыльную сторону ее ладони.

– Я могу продолжать бесконечно.

– Нужно. Пока ты не поймешь, что я никогда не откажусь от тебя. Это я должен тянуться к тебе. Я должен быть достойным тебя. Не наоборот. И пока ты этого не поймешь, я не поднимусь с колен.

– Нет, встань, Бостон. Пожалуйста, встань.

Она всхлипывает и дышит все чаще. Слезы льются по ее щекам. Кажется, им нет конца. Не хочу, чтобы она плакала. Поэтому выпрямляюсь, но не отхожу от нее. Тянусь к ее зареванному лицу и нежно утираю слезы.

– Прошу, не плачь… Я хочу, чтобы со мной ты всегда улыбалась. Позволь мне делать тебя счастливой. У меня получится, Кендалл. Поверь. Я больше не оступлюсь.

– Я верю тебя, но я… Не могу, Бостон. Я просто… – на нее накатывает истерика. Она задыхается от всхлипов, и с каждым мое сердце обливается кровью.

– Возьми кольцо, – захлопываю коробочку и вкладываю ей в ладонь.

– Оно твое. Мое предложение бессрочное. Когда будешь готова ответить мне «да» – просто надень кольцо на безымянный палец и соедини наши три точки. Я все пойму, – мои руки застыли на ее лице, а взгляд прикован к покрасневшим от слез глазам. Она все равно прекрасна. Я все равно ее люблю.

– Нет… – нерешительно шепчет Кендалл.

– Люблю, как звучит твое «нет».

Я помню эту фразу, произнесенную Кендалл, когда ей было пятнадцать. И она тоже помнит, потому что ее губы впервые за это время дрогнули в слабой улыбке. Мимолетной, но я уловил.

– Поцелуй меня, Кендалл. Пожалуйста. Чтобы я запомнил на всю оставшуюся жизнь, – медленно склоняюсь к ее лицу.

– Я не могу… – ее попытки воспротивиться слишком слабые и звучат только на словах. Тело же само подается мне навстречу.