Одна ночь в Венеции

Вздохнув, корреспондент спрятал блокнот и ручку. Его коллега, отойдя на несколько шагов, за неимением лучшего делал снимки дома.

– Нет, ну каковы нахалы, а? – пожаловался ему второй репортер. – Думают, что им все позволено, раз у них есть деньги! Убивают людей, и ни в одном глазу!

– И не говори, – поддакнул фотограф.

Наверху баронесса велела прислуге включать свет, на всякий случай занавешивая окна. «Как в осаде», – мелькнуло у нее в голове. Она сняла трубку телефона. Квартира Михаила не отвечала.

– Где Саша? – спросила Амалия у матери.

– Ушел несколько часов назад. Сказал, что хочет погулять.

– Играет у себя под присмотром мисс Доусон, гувернантки. А что?

– Так, ничего. Пора бы мальчикам уже вернуться, – проворчала Амалия, поглядев на часы.

– Нет. Я не голодна.

– Ужин через час, – сообщила старая дама. – К тому времени все уже будут дома.

– Очень на это надеюсь, – вздохнула баронесса и, взяв телефонную трубку, попросила соединить ее с посольством. Она была намерена употребить все усилия, чтобы имя ее сына никоим образом не попало в газеты в связи с убийством графа Ковалевского.

– В общем, получается, что никого барон не убивал, – подытожил Папийон на следующее утро.

– Ну да, – кивнул Мерлен. – Когда он уходил в тот вечер из клуба, у него на голове была фуражка.

– Дело даже не в фуражке, – хмыкнул комиссар, – а в том, что три человека засвидетельствовали его алиби. Получается, он чист. Что по поводу уволенных слуг графа?

– Я проверил их прошлое и беседовал с ними со всеми, – доложил Бюсси. – Ни единой зацепки. Все в один голос уверяют, что хозяином Ковалевский был очень хорошим.

– Как по-твоему, врут?

– У них есть какие-нибудь соображения по поводу того, кто мог его убить?

– И тут, значит, ничего, – буркнул Папийон. – Мерлен, у тебя нет никаких планов на ближайшие дни?

– Нет, господин комиссар. А что?

– Тогда прокатишься в Швейцарию. Отправляйся как можно скорее, потому что действовать надо быстро. В санатории «Клоринда» найдешь Анатоля Ковалевского и разговоришь его, пока тот жив еще. По словам слуги, он жил в особняке брата несколько месяцев и был в курсе всех событий его жизни. Ты, Бюсси, раз покончил со слугами, плотнее займись скупщиками краденого. Где-то ведь пропавшие вещи должны объявиться… В помощники себе возьми Сегена и Мелло. Свободны!

Оставшись один, Папийон, помрачнев, откинулся на спинку стула и задумался. Конечно, было бы куда проще, если бы убийство совершил кто-нибудь из ближнего круга, а так – ищи, кто из парижских головорезов мог прикончить графа. И еще комиссара очень беспокоил пропавший ключ.

– Патрон! – В дверь просунулась голова Бюсси. – Вас хочет видеть мадемуазель Симон. Уверяет, что у нее срочное дело.