Нарцисс в цепях

 — Он смотрел мне в глаза, будто хотел что-то подсказать взглядом.

— Все равно это звучит не слишком честно, — возразил Мика.

Ричард продолжал смотреть на меня, желая, чтобы я его поняла. Не знаю, почему он не опустил щиты и не дал мне увидеть свой разум.

Как будто Ричард прочел мои мысли:

— Ни один вервольф, крысолюд или леопард-оборотень не могут тебе помогать. Если кто-нибудь вмешается, испытание будет отменено, и твой леопард умрет.

— Даже если помощь будет метафизической?

— Даже если так, — кивнул Ричард.

Я всмотрелась в его лицо, нахмурилась и наконец покачала головой. У меня было видение, где сейчас Грегори и в каком состоянии, но это не давало ключа. На самом деле мне нужно было только спросить, где тут яма с костями на дне. Но я не могла спрашивать. И тут мне пришла в голову мысль.

— Я могу использовать собственные метафизические способности?

Ричард кивнул.

Я посмотрела на Джейкоба, понимая, что если ожидать возражений, то от него.

— Вряд ли некромантия поможет тебе обнаружить твоего леопарда.

На самом деле могла бы помочь. Если кости, на которых лежал Грегори, были самым большим могильником поблизости, я могла бы нащупать их и найти его. А может быть, мне всю ночь пришлось бы перебирать кучи похороненных животных и старые индейские могилы. У меня был путь более быстрый. Может быть, не лучший, но более быстрый.

Я села на землю по-турецки, положив руки на колени.

— Что ты делаешь? — спросил Джейкоб.

— Я вызываю мунина.

Он засмеялся коротким лающим смехом:

— Вот это да!

Я закрыла глаза и открыла тот уголок подсознания, который работает с мертвыми. Марианна и ее подруги описывали это как открытие двери, но для меня это было настолько внутреннее, что больше походило на раскрытие ладони. Такое естественное действие, как потянуться через стол за солонкой. Для мистического действия описание слишком обыденное, но на самом деле мистическое и есть часть обыденной жизни. Оно всегда присутствует, мы просто предпочитаем его не замечать.

Мунины — это духи мертвых, помещенных в нечто вроде банка расовой памяти, и оттуда их могут извлекать ликои, обладающие такой способностью. Способность эта редкая: насколько мне известно, никто в стае Ричарда этого не умел. Но я умела. Мунин — всего лишь разновидность мертвеца, а с мертвецами обращаться меня учить не надо."

"В Теннеси мунины стаи Верна и Марианны приходили быстро и охотно — настолько похожие на настоящих призраков, они толпились вокруг меня, рвались говорить. Я тренировалась, пока не научилась выбирать тех, кто соединится со мной и сможет общаться. Это было нечто похожее на медиумическую проводимость, на которую, как думала Марианна, я способна с обыкновенными призраками. Но мне не хотелось это проверять.