Нарцисс в цепях

В волчьем обличье у Ричарда был имбирный цвет, как у густого меда, хотя я раньше никогда об этом не думала. Но если нужно подумать о чем-то густом и липком, глядя на мужчину, доверьтесь Райне — она это сделает.

Изо рта у меня полились ее слова:

— А ты не злись, если позвала меня на помощь.

Я кивнула, будто именно мой голос объяснял недоуменную гримасу Ричарда.

— Я о ней думала не слишком милосердно. Ей это не нравилось.

Джейкоб шагнул вперед, ко мне, а я смотрела на него глазами Райны.

— Ты не могла вызвать мунина. Ты не ликои.

Странно, но мне не приходило в голову, что быть леопардом — это может значить утрату способности вызывать мунинов. Может быть, поэтому остальные мунины не явились на мой зов.

— Ты сказал, что некромантия мне не поможет, Джейкоб, так что выбери что-то одно. Либо я достаточно ликои, чтобы вызвать мунина, либо достаточно некромант, чтобы себе помочь.

Мы — Райна и я — крадучись, стали приближаться к высокому мужчине без рубашки. Райне он нравился. Найдите мужчину, чтобы Райне не понравился! Особенно если с ним она еще не имела секса, а в стае список таких был очень короток. Но Джейкоб и еще двадцать с лишним новичков в него входили. Райна оглядела стаю, отмечая новые лица. Насчет Пэрис она посомневалась и решила, что ей эта новая тоже не нравится. Слишком много сук альфа в стае — это ведет к драке."

"Я ощутила в Райне нечто такое, чего раньше не было, — осторожность. Ей не понравилось, что Ричард за такое короткое время допустил в стаю стольких новичков. Ее это встревожило. Впервые я поняла, что не одна только любовь заставила Маркуса назначить ее лупой. Она была сильна, но дело было не только в этом: она по-своему, извращенно, беспокоилась о стае, и мы с ней полностью были согласны в одном: Ричард был небрежен. Но мы обе ощущали, что можем исправить положение. Даже пугало, что эта до мозга костей порочная сука и я в чем-то полностью согласились. Либо я сильно испортилась, либо Райна не была такой испорченной, как я думала. Непонятно, какая мысль из этих нравилась мне меньше.

Конечно, она считала, что мы должны соблазнить Ричарда, чтобы он нам позволил убить несколько избранных нами, а я надеялась, что смогу привести не столь приятные доводы. Райна подумала, что я дура, и я не так уж была с ней не согласна. Все страшнее и страшнее.

— Анита! — снова позвал Ричард, неуверенно, будто не знал, здесь ли я.

Я повернулась, подняв руку, чтобы отбросить волосы с лица. Жест принадлежал Райне, и я отметила, что при виде его не только Ричард, но и Сильвия и Джемиль встревожились. Нет — испугались.

Этот страх ощущался обонянием. Смех Райны заклокотал у меня в горле, потому что ей это понравилось. А мне нет. Я не люблю, когда друзья меня боятся. Враги — пожалуйста, но не друзья.

— Я здесь, Ричард, здесь.