Нарцисс в цепях

Но я так долго любила Ричарда, и мы были связаны метками Жан-Клода, и часть его зверя я несла в себе. Я должна была знать. Знать, может ли быть с Ричардом так, как было с Микой."

"Моя рука двинулась сквозь силу, и было это будто суешь пальцы в розетку. Энергия была так сильна, что кусала кожу. Я потянулась к плечу — приличное вполне место, чтобы к кому-то притронуться, но он вдруг перепрыгнул через подлокотник трона и встал в стороне от него. Движение было такое быстрое, что не уследить глазами. Начало и конец его я видела, но не середину — моргнув, я ее пропустила.

— Нет, Анита. Нет, мы больше не коснемся друг друга, я не хочу ощущать твоего зверя. Пусть мы не один и тот же вид, но это будет сильнее, чем все, что у нас до сих пор было. Мне этого не вынести.

Я уронила руку и отступила достаточно далеко от трона, чтобы он мог на него вернуться. Извиняться я не стала, хотя испытывала такое желание. Мне хотелось плакать о нас обоих — или вопить. У вселенной есть чувство юмора, но иногда тебе напоминают, что этот юмор бывает садистским.

Наконец-то я могла бы воспринять его мохнатую половину, потому что сама обзавелась таковой. Я могла бы стать Ричарду почти идеальной любовницей, наконец-то, но мы уже не можем никогда прикоснуться друг к другу.

Глава 24

Ричард снова сел на трон, а я встала достаточно далеко, чтобы он был спокоен. Рафаэль, Мика и Риис подошли поближе, встав за моей спиной полукругом царей. Это должно было создать у меня чувство защищенности — не создало. На меня навалилась усталость, страшная усталость и страшная печаль. Даже когда Мика стоял у меня за спиной, я не могла перестать смотреть на Ричарда, перестать гадать, что было бы, если бы. Да, я знаю, никогда бы я не позволила ему сделать меня вервольфом намеренно, но в уголке сознания продолжало вертеться то самое если бы. Так что я велела этому уголку сознания заткнуться и вернулась к делу.

— Я хочу получить обратно Грегори, целым и невредимым. Что я должна для этого сделать по законам ликои?

— Джейкоб! — позвал Ричард, и в голосе его звучала та же усталость, что одолевала меня.

Джейкоб вышел вперед, явно довольный собой.

— Твой леопард здесь, на нашей земле, и мы никак не прятали его след. Если ты найдешь его, можешь забирать домой.

Я приподняла брови:

— Я должна найти его по запаху, как собака?

— Если бы ты была истинным оборотнем, то смогла бы, — ответил Джейкоб.

— Это испытание нечестное, — вступился за меня Рафаэль. — Она еще не прошла первую перемену. Многие наши способности не проявляются до первого полнолуния.

— Не обязательно это должен быть поиск по запаху, — вмешался Ричард, — но это должно быть нечто такое, что может сделать только оборотень. И настолько сильный, что может быть истинной Нимир-Ра или лупой.