Уцелевший

В проходе рядом с пилотской кабиной — гора бумажников и кошельков, часов и ноутбуков, сотовых телефонов и диктофонов, плееров для компакт-дисков и обручальных колец.

Люди знают, что надо делать.

Как будто все это их касается.

Как будто тут дело в деньгах.

Я говорю членам экипажа, чтобы они закрыли люки в салонах. Я в свое время немало полетал на самолетах от стадиона к стадиону, говорю я. Готовьте самолет к взлету.

На ближайших к нам сиденьях сидят: толстый мужик в деловом костюме, восточного вида. Скорее всего пакистанец. Парочка белых ребят-студентов. Парень китайского вида.

Я спрашиваю Фертилити: кто? Кто настоящий угонщик?

Она стоит на коленях в проходе и сосредоточенно роется в куче добровольных подношений. Забирает себе красивые женские часики и жемчужное ожерелье.

— Догадайся сам, Шерлок, — говорит она.

— Я здесь — всего лишь невинная заложница, — и защелкивает у себя на запястье бриллиантовый браслет.

Я кричу: всем без паники, сохраняйте спокойствие, но я думаю, вам надо знать — на борту опасный террорист-убийца, и он собирается разбить самолет.

Я говорю: заткнитесь, пожалуйста.

Я говорю: пока я не выясню, кто этот террорист, всем оставаться на своих местах.

Фертилити выуживает из кучи подношений кольцо с бриллиантом и надевает его себе на палец.

Я говорю: кто-то из вас — террорист. Я не знаю, кто именно, но кто-то из вас собирается разбить самолет.

Фертилити только хихикает.

У меня ощущение, что я явно что-то пропустил.

Как говорится, не понял юмора.

Я говорю: вы не волнуйтесь, сидите спокойно.

Я говорю стюарду, чтобы он пошел и сказал командиру экипажа, что я не хочу, чтобы кто-то пострадал, но мне действительно очень нужно выбраться из страны. Нам нужно взлететь и приземлиться где-нибудь в безопасном месте, где-нибудь между Америкой и Австралией. И там все высадятся.

Фертилити смеется, глядя на меня, и я говорю ей: ты тоже высадишься.

Потом мы полетим дальше, только я и один пилот. И когда мы поднимемся в воздух во второй раз, говорю я, я дам пилоту возможность выпрыгнуть с парашютом.

И стюард говорит: да, глядя на пистолет, нацеленный ему в лицо.

Этот самолет разобьется в Австралии, говорю я, но умрет только один человек.

И тут до меня начинает доходить.

Может, здесь нет никакого другого угонщика.

Может быть, этот угонщик — я.

Люди начинают шептаться. Они меня узнали. Я — тот самый массовый убийца, про которого говорили по телевидению. Я — Антихрист.

Я — психованный террорист.

И тут меня пробивает смех.

Я говорю Фертилити: это ты все подстроила, да?

И она отвечает, смеясь:

И я спрашиваю сквозь смех: а ты правда беременна?

И она отвечает, смеясь:

— Боюсь, что правда. И я правда этого не предвидела. Это по-прежнему настоящее чудо.