Усадьба толстушки Астрид

Но спрашивать об этом я не стала и сказала знахарке:

— Я свой урок выучила и больше не обожгусь на красавчике. Слышишь? — я кивнула на дом. — Снова заиграли музыку. Идем послушаем!

Когда мы со знахаркой вернулись, мужчина из свиты Фэйднесса танцевал кое-как – пространства было мало – с сегодняшней новобрачной, а жених стоял неподалеку и прихлопывал в такт; мы с Иннис тоже стали хлопать, поддерживая танцующих.

И хотя меня все равно так и подмывало поглазеть на Фэйднесса, я уже не плыла и была «трезва». Иннис права: воображать можно что угодно, но реальность все равно сурово опустит на землю.

Кстати о земле – пора бы уже озаботиться приобретением своей. Черт с ней, с усадьбой бабушки, я могу начать и с маленького дома и небольшого огорода. А там прорвемся!

Глава 8Фэйднесс со свитой недолго пробыли в Тулахе: приехали, на свадьбе погуляли, поохотились пару дней и уехали. Тем лучше: нечего мелькать перед простыми людьми, мечты всякие возбуждать…

Я сказала Дермиду, что хочу купить дом в деревне, но лавочнику моя идея не понравилась, и он разворчался: нет, дескать, в округе дома, который бы кто-то согласился тебе продать, да и нехорошо это, девице одной жить. Я заявила, что девицей была сто лет назад, а потом напомнила, что моя бабушка одна усадьбой заправляла, на охоту ездила и товар на ярмарках сбывала, и до почтенных лет путешествовала верхом. Мне ответили, что Фиона была вдовой, и вообще, Фиона – это Фиона, а я парировала, что Тейг для меня умер, и я в каком-то смысле тоже вдовой стала. Тогда Дермид отвел меня к нашему жрецу, дабы тот меня, глупую, образумил.

Но жрец, вечно пребывающий в блаженной расслабленности, паники лавочника не разделил и сказал:

— Всякой женщине около собственного очага крутиться хочется. Хочет Астрид дом – пусть подыскивает.

— Нет дома! Если бы кто уехать хотел и дом продать, мне бы первому сказали, — отрезал Дермид.

— Х-м-м. Можно и поставить домик.

— Деньги у меня есть, — вставила я быстро.

— А барон что скажет, когда вернется? Что мы заставили Астрид дом строить?

— Да не заставили, а я сама захотела! — всплеснула я руками.

Спор продолжился, и жрец нас выпроводил, а в доме и Лесли на меня насела: зачем ты нас обижаешь, мы же тебя не гоним… Подключились и дети: куда ты от нас, мы к тебе привыкли… Я так и не смогла растолковать приютившей меня семье, что вовсе не желаю их обидеть, а просто хочу, как выразился жрец, «крутиться у своего очага».

Но я и сама понимала, что вряд ли что-то у меня получится, ведь зима близко, и во время заморозков никто не станет ставить мне дом, а купить в Тулахе нечего – никто переезжать-уезжать не собирается, по крайней мере, сейчас.