Усадьба толстушки Астрид

Оказывается, сыновья королевской четы не ладят между собой. Кронпринц Ателард, первенец королевской четы, уродился слабым и болезненным, и красотой не блещет – за тридцать перевалило, а все прыщав. Да и с женитьбой не везет: то невеста передумает замуж выходить, то заболеет сильно, то еще какая оказия случится. Некоторые говорят, что старший принц и вовсе того… немощен, как мужчина, вот и не хотят за него дочек другие короли отдавать. Зато принц Стефан здоров, как бык, и распутен, как демон, и в его мужских способностях никто не сомневается. Вот Ателард и «подарил» брату герцогство Редландское, чтобы тот не создавал ему проблем, не посягал на власть и не маячил, красивый такой, в столице перед невестами.

Перемыв косточки принцам, собравшиеся стали нахваливать Лесли, жену лавочника: очень уж вкусный «голубиный пирог» она испекла. Пирог в самом деле был хорош: помимо голубиного мяса, разваренного и потому очень нежного, в начинке я нашла грибы и уловила сливочные нотки.

Также Лесли приготовила овощное рагу, которое вокруг ели большими ложками, а оставшееся на тарелках собирали хлебом. Стояли и миски с квашеной капустой, но она мне не понравилась – немного не тот вкус, к которому я привыкла. В качестве напитка мы пили пиво, тоже немного не то, к которому я привыкла и которое обычно пила Астрид в доме Вассов.

Увлекшись, я съела довольно много и слегка захмелела. Именно тогда за меня и взялись.

— Астрид, — протянула одна из соседок хозяев, — а ты что одна приехала? Муж, что ли, выгнал?

Женщина задала этот вопрос с шуточной интонацией, и я поддержала шутку:

— Я сама от него ушла. Надоели измены этого кобеля.

Вокруг засмеялись, и Лесли поддакнула шутя:

— Правильно, ты себя не в канаве нашла.

— А на самом деле, где же Тейг? — полюбопытствовала та же соседка.

И тут меня перемкнуло. Вместо того чтобы дать заготовленный рациональный ответ, который снял бы все вопросы и сохранил мою репутацию как порядочной женщины, я возьми да брякни:

— А я не шучу. Я на самом деле от него ушла в чем была. Села в дилижанс и поехала домой. В Тулах.

Смешки сразу стихли.

Вот и объяснилась, называется…

Сначала я сидела, как и все, обрабатывая сказанное, затем мой мозг, наконец, заработал. Да, я сказанула не то, совсем не то, что планировала, но ругать себя смысла нет, надо выкручиваться. На ум пришла Фиона Лорье, бабушка Астрид. Она была женщиной необычной, нередко шокировала общественность, так что и мне, ее «внучке», возможно, простят экстравагантность. Главное – держать лицо.

Сохраняя невозмутимый вид, я пояснила:

— Не сразу я поняла, какой паршивец мне в мужья достался. Первые годы хорошим прикидывался, работящим. Но когда умерла моя бабушка, я потеряла ребенка и слегла.