Усадьба толстушки Астрид

А я-то как радовалась! Усадьба еще больше к лучшему изменилась, пока меня не было, и хотя в этой части герцогства холоднее, чем в остальных, и тут уже все стало зеленеть, цвести… жить. Прекрасно, когда есть свой дом и есть, куда вернуться…

Взяв за руку, Нетта повела меня за собой.

— У нас сегодня пирог с капустой и яйцом, ох, удался! И еще теплый.

— Прекрасно, а то я жутко голодна, — отозвалась я.

— Дори как знала, зарезала утром курицу; натрем курочку маслом да чесноком и запечем. Ах, что это я? Надо бы тебе поскорее воды согреть и устроить ванну, да с травами. Ой, к слову! Отцу-то мыло ароматное привезли из города. Он велел брусочек тебе передать.

Из дома вышла и Дори, повариха:

— Астрид, милая! — воскликнула она.

Меня встречали не столько как хозяйку, сколько как просто свою, и мне это нравилось, душу грело. А потом еще и бигли из дома вывалились, обгоняя друг друга, и подбежали ко мне, затявкали, выражая по-своему радость встречи. Повозившись с ними, я взошла по ступенькам и произнесла негромко:

— Привет и тебе, Фиона.

Наверное, это клиника – здороваться с призраком, который, к тому же, в данный момент не материализовался, но я уверена, что пока стоит этот дом и цела эта земля, Фиона будет здесь так или иначе.

— Что? — оглянулась на меня Нетта.

— Голодна, говорю, до ужаса, — ответила я.

— Конечно, голодна! Я принесу колбасы из погреба, и сыра, и капусты квашеной, а уж толковый обед смастерим позже.

Налопавшись всего помаленьку я, отяжелевшая, чуть не заснула прямо на кухне, но энергичная Нетта, приготовив для меня ванну, буквально заставила идти мыться. Но и там, в этой деревянной сидячей ванне – Кэл, кстати, из Вирринга привез – мне не приходилось утруждаться: Нетта сама меня вымыла, и я отдалась заботе своей юной горничной.

После, чистая и благоухающая, я надела новую ночную рубашку и улеглась в своей кровати; еще и кошечка Рыська пришла, устроилась, словно и не было этой отлучки, у меня в ногах. Скреблись в дверь и бигли, но я их не впустила – знаю по опыту, спать не дадут.

Итак, скреблись бигли, где-то внизу еще ходили слуги, и поскрипывала порой лестница под кем-то, но эти мирные звуки мне никак не мешали. Перед тем, как провалиться в сон, я подумала о Бринморе. А был ли он, этот граф? Был ли он, этот серый Кивернесс с толкотней и бранью на улицах? Были ли «ведьмы», темница и страхи? Потому что мне так спокойно и легко, словно всего этого не было, как и сопутствующих волнений…

Когда я встала следующим утром, меня ждали кувшин с чистой теплой водой для умывания и таз, а также платок, гребень и лента для волос. Еще Нетта подготовила для меня сорочку под платье, само платье и чулки, а также домашние туфли.