Усадьба толстушки Астрид

— Попомни мое слово: красавец-граф скоро явится проверить, как у тебя идут дела, а если не сможешь вовремя разобраться с налогом, он охотно тебе поможет. О таком покровителе стоит только мечтать. И раз он дал тебе титул, значит, присмотрелся к тебе и решил, что титула ты не опошлишь. А баронесса графу – вполне невеста, не говоря уже об ином.

— Не гони лошадей, — ответила я. — Он просто помог мне.

— Нет, — осталась при своем Иннис. — Я видела, как он смотрит на тебя, как ты на него смотришь. Если это «просто», тогда я букашка неразумная. Во всем этом я сомневаюсь лишь в одном: насколько долгой будет его привязанность к тебе и насколько далеко он может зайти.

— Не гони лошадей, — сказала я, нахмурившись. — Это еще надо поглядеть, так ли хорош этот граф. Вдруг, тот еще подлец с мутными намерениями…

— Бринмор не мутный, поверь мне. Все в нем яснее ясного, кристально прозрачно.

— Вот-вот, кристалл льда, — буркнула я. — И хватит уже об этих мужчинах. Нам дано право самим решать, без всяких штанов, так давай лучше подумаем о том, как уплатить осенний налог своими силами. Я хочу выполнять обязанности баронессы, ни у кого не прося помощи.

— Конечно, — кивнула Иннис. — Но о мужчинах ты все равно подумай, не беги от этих мыслей. Молодость не вечна, и однажды ты можешь пожалеть, что коротала ночи и дни одна. А уж об упущенном графе с его прекрасным лицом и королевской статью вспоминать будет особенно горько…

Зря она так сказала.

Я сразу представила, как там, в коридоре, Бринмор меня поцеловал иначе, в губы, и что дело этим не ограничилось, и… фантазия разошлась, сердце тоже разошлось, и я ощутила, как мое тело отзывается на эти мысли и на весну вообще.

И я так и не сказала Иннис, что и сама жду не дождусь, когда Бринмор приедет. Мне хочется узнать, какой же он… хочется узнать о нем больше.

На следующий день, будучи уже в Вирринге, мы заметили у одной из лавок центральной улицы рэнда Кэла Таггарта, которого барон Даммен прочит мне в женихи. Рис поднял было руку, чтобы махнуть Кэлу и окликнуть его, но Иннис удержала мужа:

— Подожди, — быстро сказала она. — Он не один.

Тут и я пригляделась. Действительно, Кэл не один стоял у лавки, рядом с ним были двое детей лет семи-десяти, и, ставая на носочки, с любопытством разглядывали товар на прилавке. Сам Кэл болтал о чем-то с торговцем, а тот и рад был товары всучивать – то платок какой показывал, то давал детям посмотреть какую-нибудь безделушку.

— Не его это ребятишки, — с сомнением протянул Рис. — Один мальчишка совсем рыжий.

— Так, может, рыжая мать? — отозвалась Иннис.

Рис глянул на меня и предположил:

— Это могут быть его племянники.

— У него нет племянников, и с родичами он не близок, — сказала я.