Уравнение с тремя неизвестными

Она серьезно и ответственно относилась к их беседе, Лена это видела и была за это благодарна. Что ж, может быть, сидящей перед ней женщине и не повезло со свекровью, но вот ее собственной невестке Нине посчастливилось точно.

– Я не очень помню, но кажется, когда Варвара Петровна приехала в Ленинград учиться, они с матерью какое-то время жили у неких Полетаевых.

Лена чуть в ладоши не захлопала. Она все правильно вычислила, когда Вадим рассказывал им о результатах своих архивных изысканий. Дочь погибшего Петра Токменева выбрала для учебы Ленинград не просто так. Именно в этом городе жил Леонид Полетаев, близкий друг ее отца и сын управляющего усадьбой Леонтьева.

Муж посмотрел на нее с невольным уважением. Он-то называл ее предположения домыслами.

– Но вы не знаете, что с ними сталось?

Мария Николаевна снова покачала головой:

– Нет. Варвара Петровна очень ценила ту академическую среду, в которой вращалась благодаря своему мужу. Владимир Мстиславович ввел ее в круг профессоров, академиков, творческой питерской интеллигенции. Вот о своих связях с этими людьми она могла говорить часами. Она всегда считала себя выше простых людей, если вы понимаете, о чем я.

Лена понимала. В жилах Варвары Петровны Токменевой текла дворянская кровь, даже если она, как дочь сотрудника НКВД, и была вынуждена всю жизнь это скрывать. Она не могла считать ровней сына бывшего управляющего и его семью, пусть именно эти люди и приютили ее в Ленинграде. Добившись высокого положения в обществе, на Полетаевых она наверняка смотрела свысока. Чем не повод для неприязни?

К сожалению, этот рассказ ни на шаг не приближал их к личности преступника, ведущего поиск токменевских сокровищ и напавшего на Эдика и Нину. Варвара Петровна разорвала общение с Полетаевыми в пятидесятых годах прошлого века, и спустя семьдесят с лишним лет их потомки могли носить какую угодно фамилию. Эта ниточка, ведущая к разгадке преступления, обрывалась прямо в руках.

Позвонил из больницы Горелов, прервав их беседу. Он сидел в палате Нины, которая, насколько это возможно, чувствовала себя хорошо и просила куриного бульона.

– Я сварю ей бульон, – вскочила с места Мария Николаевна. – Только надо купить курицу. Желательно домашнюю. Тут можно такое найти?

– Можно, – улыбнулась Татьяна. – Недалеко от нас Ленинградский рынок. Там торгуют братья-близнецы, у которых продается прекрасная курица и цыплята. Хоть на бульон, хоть для жарки. Варить бульон, правда, надо долго, зато пахнуть на весь дом будет прямо как в детстве – маминым куриным супом. И бульон получится прозрачным и с жирными желтыми кругами. Эдик такой очень любил. И еще я там же, на Ленинградском рынке, брала петуха для кокована. Это такое блюдо французской кухни, петух в вине.