Не дай мне уйти

— Тебе повезло, что время не идет вспять, — не могу удержаться от иронии. — И выяснять никогда не придется.

— Я ничего бы не изменила, — повторяет. — Ясно?

— Отлично, — отрезаю. — Я тоже. Кажется, проблема решена.

— Я бы хотела в это верить.

— Тебе придется мне поверить.

Ее взгляд сканирует мое лицо, но мое присутствие здесь само по себе доказывает, что это не брошенные на ветер слова. Нет. Блядь. Я отдаю отчет каждому.

Она переминается с ноги на ногу, пока говорю, доставая из карманов руки:

— Мне нужно перекусить. Я сегодня немного замотался.

— Где ты был?

— Встречался кое с кем. Хочешь перекусить?

— Хочу увидеть твой номер, — произносит Маша. — Покажешь его мне?

На моей скуле дергается мышца. Несмотря на всю гребаную лестность этого предложения, уточняю:

— Чем ты хочешь заняться в моем номере?

— Провести с тобой время.

Пройдясь ладонью по волосам, даю себе секунду, чтобы собрать этот блядский пазл.

— Я, как всегда, в восторге от твоей непредсказуемости, — говорю ей. — Но я не думаю, что нам стоит подниматься в мой номер.

— Это очень зрело, — поджимает она губы. — Раз ты здесь, такой взвешенный, отведи меня в свой номер. Чтобы узнать, сколько минут ты можешь быть милым и пушистым, место роли не играет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Обхватив пальцами ее локоть, резковато подтягиваю к себе и предупреждаю:

— Если я отведу тебя в свой номер, любые твои “обязательства” перед другим мужиком перестанут иметь для меня значение. Это понятно?

Ее ладонь ложится на мой живот. Глядя снизу вверх, она тихо отвечает:

— У меня больше нет никаких обязательств.

Очерчиваю взглядом линию ее губ. Цепляюсь глазами за движение тонкой трахеи, когда сглатывает. Молчу, пока тянет носом запах моего пота, заставляя чувствовать ее собственный запах в пять раз острее.

— Хочешь в мой номер? — спрашиваю с нажимом.

— Хочу, — произносит еле слышно.

Глава 30"

"Кирилл

Не важно, как сильно статус ее “отношений” облегчил мне жизнь. Я веду машину с пониманием, что прямо сейчас правила диктую не я, и эта расстановка позиций ощущается игрой с охеренно острыми углами.

Быть послушным — это те штаны, которые я вообще, кроме нее, ни с кем не надевал, но в том и состоит чертов кайф — это расслабляет. Снимает напряжение на клеточном уровне, но только не сейчас. Быть послушным сейчас — нагрузка на мои инстинкты.

Маша ловит мой взгляд и ерзает по сиденью “БМВ”. Мне начинает казаться, что, умей оно скрипеть, уже давно бы заскрипело, так моя пассажирка вертится, пока ее глаза бродят по моим рукам и ногам.