Убей свою любовь

И что я не имею права разговаривать ни с Акелой, ни с ним в таком тоне.

– Мой муж – и мой тон, как хочу, так и разговариваю.

– Твой муж? А ты сама его выбрала, я не мешал. Но видеть, как ты издеваешься над человеком, и терпеть это я не буду. Ты моя дочь.

Отец выбросил окурок в окно и развернулся в мою сторону:

– Ну-ка, подробнее отсюда. Это когда же наше родство так сильно успело тебя сделать несчастной?

– Да ты что – не понимаешь? Всегда, всюду, везде! Я даже в общественный туалет без охраны зайти не могу! А не будь у меня такого отца – и кто бы вообще обращал на меня внимание?!

– Хочешь без проблем ходить в общественный туалет? Ну так не живи со мной. У тебя есть свой дом.

Он встал и вышел, а я взвыла, упав обратно на подушку. Я совсем не думала того, что в горячке бросила сейчас отцу – никогда не считала себя несчастной из-за нашего родства, никогда не стыдилась его. Что на меня нашло сегодня – не понимаю...

Стало вдруг так нестерпимо стыдно, что я почувствовала жар в лице, как при высокой температуре. Какая же я эгоистичная дрянь... И как одна ошибка тянет за собой другую, более серьезную, а за ней – следующую, и так по цепочке... И вот уже не видно выхода, есть только тупик, угол, в который я сама себя загнала. Как мне выбраться отсюда, ну как?!

Я рассматривала шрамы на запястьях и думала, что они – живое напоминание о том, чего я больше никогда себе не позволю. Свидетели моей слабости, и я буду доживать с ними жизнь, я так решила, хотя можно было, конечно, попытаться убрать их при помощи лазера или пластической операции. Но нет – они останутся со мной как раз для того, чтобы во время приступов отчаяния и тупиковых ситуаций напоминать мне о том, что нужно держаться. И я держусь даже сейчас.

Сашка не пришел ко мне спать. Я сделала это открытие посреди ночи, неожиданно проснувшись и по привычке протянув руку к тому краю кровати, где обычно спал муж. Но там было пусто. Я дотянулась до шнурка и включила бра – так и есть, я в комнате одна. Где же он? Неужели лег в гостевой спальне? Отец меня завтра сожрет... При всей тщательно скрываемой нелюбви к моему мужу папа все-таки отдавал ему должное и уважал, а потому даже мне не спустит пренебрежения. Уже высказал вчера – а теперь еще и это...

Утром мы встретились внизу, в холле, когда Сашка только что вернулся с обязательной пробежки и упражнений, а я, так больше и не уснувшая, спустилась за чашкой чая к Гале.

– Привет... – Я не знала, куда мне деть глаза, а потому смотрела в пол, чувствуя себя провинившейся пионеркой.

– Привет. Выспалась? – Он наклонился как ни в чем не бывало и чмокнул меня в щеку.

– А почему? – В голосе промелькнула расстроенная нотка. – Я специально не пошел к тебе, думал, что тебе нужно отдохнуть, отоспаться с дороги. Ты ведь так тяжело переносишь полеты.

Уф, слава богу..