Твой первый - единственный

Да и как будут звучать эти объяснения? Знакомься, это Дима? Парень, с которым мы живем вместе? Перед глазами все помутнело, на них будто натянули пленку. Мне стало тяжело дышать.

– Собственно, я на минутку, – произнес вдруг Люков. – Рит, иди сюда. Есть вопрос.

– А? Да, – я покорно двинулась к Диме, предварительно взглянув на Витю. Он ничего не сказал, лишь молча сел на стул и свел руки перед собой в замок, уложив их на колени.

Что ж, по крайней мере, не сорвался с места, кажется, уже неплохо. Глупо, конечно, было полагаться на едва заметный лучик надежды, но я почему-то не могла отпустить его. Наверное, так ведут себя дети, когда продолжают считать дни в ожидании исполнения заветной мечты.

Выйдя в коридор, я последовала за Димой, он зашел в дальнюю комнату, и мы остались вдвоем в полнейшей тишине, где даже воздух сделался колючим.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍– Мне помочь тебе что-то найти? – я первой, не выдержав, разорвала молчание. Да и там, на кухне, остался Витя, и мне хотелось поскорее вернуться к нему.

– Ты серьезно, Романова? – Димка повернулся ко мне, его взгляд стал вновь теплым, наполненным заботой и чем-то родным, словно мы были настоящей семьей.

– Ты его совсем не знаешь…

– Не спорю, – Люков усмехнулся, затем подошел к цветку, что стоял на полу. Он коснулся пальцами зеленого пышного листа, медленно скользя подушечками пальцев по поверхности. – Только люди не меняются. Хочешь в очередной раз упасть и разбить колени? Было мало?

– Я не уверена, что идя по одной и той же дороге, человек обязательно должен споткнуться об один и тот же камень.

– Рит, да пойми же ты… – Димка повернулся ко мне, в его взгляде читалось, что будущее предсказуемо, что все эти красивые фразы придумали для очередных отговорок.

– Знаешь, зачем Витя приехал? Он хотел спросить о тебе. Никаких поспешных надуманных выводов, в этот раз все иначе, мы… – я пыталась подобрать правильные слова, пыталась передать те ощущения, которые испытывала сейчас. Они однозначно отличались, и именно они заставляли поверить в то прекрасное, что возможно создать. – Мы выросли, Дим. Мы можем сказать друг другу все, понимаешь?"

"– Понимаю, – он вздохнул и подошел ко мне. Положил руки на мои плечи, тепло улыбнувшись. – Даже если я считаю его отменным говнюком, я все равно буду на твоей стороне. Не забывай об этом, ладно?

– Спасибо, Дим, – прошептала я, в глазах защипало, но сейчас не время становиться плаксой. Впереди был серьезный разговор, предсказать исход которого я не могла. И от этого было не менее страшно.

– Я поехал, у меня дела. Пошли, закроешь за мной дверь.

Димка взял с тумбочки кожаный ежедневник, подарок какой-то важной шишки.