Тушканчик в бигудях

– В комнате?!

– Нет, зашла за халатом. Ты купил скраб?

– Да.

– Будь другом, положи его на раковину.

– Николетта, ты здорова?

– Совершенно. А почему ты спрашиваешь?

– Да так, – я постарался уйти от ответа."

"Ну не говорить же маменьке правду: ты всегда обращаешься со мной по-хамски, а сейчас стала вдруг любезной.

Взяв скраб, я отправился в ванную и снова удивился. На столике, где обычно теснятся всякие шампуни, сейчас обнаружились: пакет кефира, лимон, пачка соды, бутылка уксуса и средство для мытья посуды. Впрочем, ничего шокирующего в этом наборе нет, но почему это все находится не на кухне, а в ванной?

– Поставил скраб? – спросила Николетта, выходя в коридор.

Я ответил:

– Да, – и тут я взглянул на маменьку и обалдел.

Она походила на монаха времен инквизиции. Длинный, до пят, халат, голову окутывал капюшон, низко спускавшийся на лицо.

Николетта быстрой тенью скользнула в ванную. Я отправился к себе, лег на кровать, взял книгу, но углубиться в приключения Ниро Вульфа и Арчи не успел. По коридору забегали Николай, Вера, Тася и Ленка. Отчего-то они переговаривались шепотом, потом резко запахло лаком, послышался звон, вскрик, затем рыдания и голос Николетты:

– Нет, это ужасно!

Я не выдержал, высунулся из своей спальни и увидел всех домашних возле двери в ванную.

– Что у нас происходит?

– Э… э… – залепетал Николай, – так…

– Готовим лекарство, – лихо соврала Вера.

– Отдыхай, Ваняша, – попыталась избавиться от меня Тася, – ты устал, поди ляг, поспи, утро вечера мудренее, авось обойдется.

Я почувствовал себя самодуром-барином, от которого дворня, опасаясь царского гнева, усиленно скрывает какую-то неприятность.

– Немедленно говорите, что стряслось!

– Ну…

– Э…

– Да…

Мне стало совсем не по себе. Всегда весьма говорливые домочадцы сегодня по непонятной причине лишились дара речи. Но тут дверь в ванную распахнулась, и появилась Николетта, по-прежнему от макушки до пят укутанная в халат. Я слегка успокоился. Маменька вполне бодро самостоятельно передвигается, остальные тоже выглядят нормально.

– Что, – неожиданно спросила Вера. – Помогло?

Вдруг Николетта трубным голосом возвестила:

– Ваня! Ты скоро станешь сиротой.

Я попятился.

– С какой стати?

– У меня смертельная болезнь!

Сердце перестало биться в тревоге. Слава богу, все выяснилось! Николетта сейчас разыгрывает любимую комедию под названием «Преждевременная кончина юной девушки». Николай, Вера и Ленка впервые столкнулись с подобным представлением и перепугались. Странно только, почему Тася, регулярно вот уже на протяжении многих лет наблюдавшая эти «антрепризы», стоит сейчас с пришибленным видом.

– Очень жаль, что ты занедужила, – приступил я к исполнению своей роли, – немедленно ложись в кровать, я вызову врача.

– Нет.

Я удивился.