Цеховик. Книга 1. Отрицание (СИ)

Понял? В кино можешь сходить. Девчонку пригласи.

– Какую ещё девчонку! – пренебрежительно выплёвывает он, беря деньги.

Трёшка быстро исчезает в его руках, но поручиться, что он понял мои слова как надо, я не могу.

– На этом всё. Разбежались, – завершаю я аттракцион невиданной щедрости. – С Новым годом, короче. Желаю тебе в Новом Году перестать быть дебилом и стать нормальным чуваком. Не шестерить у Кахи, а за ум взяться. Если будешь учиться нормально, человеком станешь. А так по зонам да лагерям сгоришь. Я знаешь сколько таких видел пацанов, которые сами себе всю жизнь переломали? Ладно, короче. Аривидерчи. Языком не трепи, незачем твоим знать, что это я тебя подогрел. И хорош у малышни деньги зашибать.

Я ухожу, а он остаётся в этой своей щели за беляшной. Не знаю, что на меня нашло, чёт жалко стало пацана. Понимаю, мои нравоучения ему по барабану, не в коня корм, но блин… Ладно, проехали…

Когда я захожу домой, меня встречает радостный лай Раджа.

– Соскучился, квазимодо? – хлопаю я его по спине. – Погоди, дай продукты разобрать.

– Ты где был? – выглядывает из комнаты мама. – Я уж волноваться начала. Ушёл и пропал на целый день. Ого! Ты чего понабрал?

– Это ощущение новогоднего праздника, мам, – говорю я, и, дурачась, начинаю петь.

«Праздник к нам приходит

Праздник к нам приходит

Праздник к нам приходит

Веселье приносит и вкус бодрящий

Праздника вкус всегда настоящий»

Всегда Кока-кола, в общем. И… хорошо, что её здесь нет. Люди здоровее будем.

– Что за песня, новенькую сочинил?

– Нет, это реклама тонизирующего напитка.

А я что, песни сочиняю? Новость так себе, между прочим. Как я выкручиваться буду? Тоже на сотряс сваливать?

– Реклама? Вечно ты фантазируешь. Давай, неси, показывай свою добычу.

Заношу мешок на кухню. Я и сам не знаю, что там. Сейчас посмотрим.

Сервелат венгерский, одна штука, шпроты, две банки, майонез «Провансаль», две банки, масло сливочное, примерно полкило, кофе растворимый, одна банка, жестяная, коричневая с крутобёдрой индийской танцовщицей на борту.

– Ты где это взял? – охает мама.

Я молча продолжаю извлекать трофеи.

Горошек венгерский «Глобус», одна банка, болгарский перец, фаршированный овощами, в томате, одна банка, сыр твёрдый, похожий на «Пошехонский», примерно полкило, а ещё печень трески, сгущёнка, маленькая баночка камчатского краба и три шоколадки «Алёнка».

Тут добра, насколько я понимаю, рублей на двадцать пять, а то и на все тридцать, не меньше.

– Нет, ты где это взял?

– Это Юрий Платонович распорядился, нам подарочный набор выдали. Он похоже, какой-то крутой руководитель.

– Ну, серьёзный. Шишка, понимаешь?

– Вечно ты со своими словечками. Теперь давай, складывай всё в свой мешок и неси обратно.

– Чего?! – я аж рот раскрываю. – Обратно? Там уж закрыто наверное.