Елена Троянская

 — Я слышала об их приезде. Сначала, правда, только в голове. Парис, твой дом рухнет. Он не устоит.

— Ты имеешь в виду мой будущий дворец? — спросил Парис?

— Он простоит не меньше остальных домов. А потом рухнет вместе с ними. И исчезнет в огне пожара.

«И запылают бесконечноверхие башни Илиона…» Я вздрогнула. Опять прозвучала в голове эта ужасная фраза. Она появлялась, непрошеная, откуда-то из глубин моей способности к провидению.

— Может, это случится через множество поколений, — сказала я, глядя на прекрасные здания и на мирную долину с табунами лошадей. — Ведь ты знаешь, так же как и я — у меня тоже бывают видения, — что в этих сообщениях, которые мы получаем, дата события не указана.

Кассандра с ужасом посмотрела на меня, как на порождение Ехидны.

— Ты будешь причиной пожара!

— Замолчи, умоляю тебя, дорогая сестра, — попросил Парис.

Гектор прочистил горло и сказал:

— Мне пора. Нужно отобрать лошадей. Елена, навести Андромаху, когда появится время. Она будет рада случаю рассказать тебе о наших славных лошадях. Она их так любит.

Он быстро зашагал, постукивая сандалиями, только плащ развевался следом.

Мы остались одни с исполненной враждебности Кассандрой. Она смотрела на меня, приподняв подбородок, как бы оценивая.

— Да, это правда, — пробормотала она. — Лицо, которое вызывает войны. И войны не миновать.

— И правильно отец запирал тебя, — сказал Парис. — Попрошу его, чтобы снова запер.

— Из-за нее начнется великая война, и множество греков погибнет, — произнесла Кассандра. — А сколько троянцев — никто не подумал?

Откуда ей известны эти слова — леденящее кровь пророчество сивиллы?

— Кассандра, — наконец заговорила я, — призраки будущего не должны смущать наши мысли.

— Призраки будущего уже разрушают мою жизнь! — крикнула она.

— Это потому, что ты разрешаешь им подменять твое настоящее! — ответил Парис. — Ты живешь тем, что еще не произошло, и поэтому не живешь вообще: ведь будущего не существует.

Парис коснулся ее и продолжил:

— У нас с тобой, сестра, украли наше прошлое. Но если мы позволим видениям лишить нас настоящего, мы поступим как дураки, и в этом некого будет винить, кроме самих себя. Последуй за мной! Живи, как я, настоящим. Радуйся этому утру, такому теплому и солнечному. Живи сейчас, сестра. Живи вместе с нами. Правда в том, что жить можно только в настоящем, больше никогда.

К моему удивлению, она расплакалась. Крупные слезы срывались из-под полуприкрытых век. Она ничего не говорила, стояла потрясенная. Наконец она прошептала:

— Ты прав. Я не могу жить, я все время нахожусь в ином времени, слышу иные голоса, слышу иные слова — которые не произносит никто из живущих рядом людей.

Она нежно дотронулась до плеча Париса.