Любовь-морковь и третий лишний

Впрочем, про бизнес я не знаю, – мечтала вслух Эва, – с меня участка и особняка хватит с мебелью и картинами!

– Ты же у сестры не бывала, – решила я поймать Эву на лжи, – откуда про убранство дома знаешь?

– В журнале фото видела.

– Я хочу получить наследство.

– Но есть еще один претендент, он убийца, специально Тину отравил. Хитро придумал, никто про него не знает, но я в курсе.

– И кто же это? – насторожилась я.

– Если расскажу тебе, поможешь?

– Чем же я могу помочь?

Эва заправила сальную прядь волос за ухо.

– Сначала статью напиши, всю правду про Тину, охота мне ей нагадить, пусть народ правду знает.

– А с живой-то опасно связываться было, – логично отметила Эва.

– Дальше, – поморщилась я, Эва перестала вызывать у меня жалость, сейчас я испытывала брезгливость.

– Затем еще одна статья, про убийцу!

– Если ты знаешь правду, отчего не пойдешь в милицию?

– Ну.., сидела я, недолго, за драку. Случайно вышло, выпили чуток, повздорили, дальше не помню всего. Парня там убили, мне три года дали, просто так, за то, что в квартире спала. На зоне я меньше провела, за хорошее поведение меня отпустили.

– Знаешь, лучше пойду, времени нет.

– Понимаю, я бывшая зэчка, алкоголичка, нет мне веры. Только я такое знаю! Тебя после статьи в лучшее издание пригласят. Понимаешь ведь, как карьера у человека складывается, если он «бомбу» принесет. А я тебе уникальный материал за копейки отдаю!

Да, я сидела на зоне, но по чистой случайности и глупости, у нас в стране таких миллионы, на самом деле я не виновата была, водка меня сгубила, но ведь теперь взялась за ум. Если сейчас убийцу возьмут, все деньги Тины моими станут, больше претендентов на наследство не будет, только я да тот, кто все задумал, небось он про меня и не слышал, но его арестовать надо. А в милицию мне нельзя, во-первых, не поверят, а во-вторых, как менты поступают, если дело раскрыть не способны? Вешают его на такого человека, который свою непричастность к преступлению доказать не может. Вот я, например, бывшая уголовница и алкоголичка, в метро работаю уборщицей. Ну чем не кандидатка на роль убийцы Тины? Я ж ей сестра, следовательно, наследница. Ну и понеслось, поехало, закружило, замело, я чихнуть не успею, как вновь на шконках буду париться. А если статья выйдет про настоящего убийцу, тогда моя жизнь в корне изменится. Понимаешь?

Ее деньги станут моими!!! Я их заслужила своим тяжелым детством, юностью, страшными лишениями!

Эвелина произнесла монолог с такой страстностью, что я неожиданно поняла: она и впрямь способна сейчас назвать имя человека, в чьем спектакле Тина сыграла свою последнюю роль.

– Ты же говорила, что она была бездетной.

– Да, именно так, – немедленно согласилась Эва, – ей господь в браке наследников не дал. Повезло, однако, сестричке.