Тот, кто ловит мотыльков

 – Надо было нашу дуру подбить гнать тебя к чертовой матери. Упустил я, блин, драгоценный момент.

Со сменой интонации Медников скинул двадцать лет и превратился в тридцатипятилетнего мужчину.

Жанна ахнула. Илюшин обрадовался:

– О! Вот сейчас, Лев Леонидович, вы похожи сами на себя! Наконец-то! Эти ваши словечки, ужимки, маска престарелого ловеласа сбивали меня с толку и попросту надоели, честно говоря.

– Не смей оскорблять Жанну, – процедил Юрий. – После того, что ты сделал…

– Не тебе, содержанке, меня учить! – огрызнулся Медников. – Если б ты мог, первым вывел бы три ляма. Я просто раньше тебя сообразил, как это сделать!

– Как я и предсказывал, Жанна Ивановна, – подал голос Бабкин. – Этот тип понятия не имеет, где ваша сестра. Он нанял двух мальчишек и заплатил им, чтобы один вручил утром письмо Инге, а второй сел за руль мотоцикла и забрал деньги. Они несовершеннолетние оба. И оба ревели от ужаса, что родители узнают об их похождениях. Мысль о полиции им даже в голову не пришла. Хотя вымогательство в целях получения имущества в особо крупном размере – не сказать чтобы мягкая статья. От семи до пятнадцати, если мне память не изменяет. А еще ведь и с участием организованной группы!

– Это двое малолетних идиотов, что ли, организованная группа? – фыркнул Медников.

– Именно этот богатый аргумент в свою защиту вы предъявите на суде, – посоветовал Макар. – Вот с этой самой интонацией. Он вдребезги разрушит всю линию представителей обвинения, которые будут требовать для вас десяти лет!

Медников изменился в лице.

– Я даже не похищал никого! – выкрикнул он.

– Тогда семи, – согласился Илюшин.

– Вы чокнулись, что ли? Какие семь лет? Я эти деньги, считай, просто взял из семейного кармана! Вы видели ее сейф? Он лопается от бабла!

– Из семейного кармана, – без выражения проговорила Жанна, и вдруг кинулась на Медникова, завывая, как дикая кошка. – Сволочь, тварь! Ненав-и-и-ижу! Скоти-и-и-ина!

Остро заточенные ногти-стилеты вспыхнули серебром, и Медников заорал, схватившись за лицо.

– Мы думали!.. Оксану нашу!.. А ты! Ворюга, жадина! У-у-у!

Бабкин оттащил ее; Жанна рвалась со страшной силой, выставив перед собой руки и целясь двоюродному брату в глаза. Бледный Лев Леонидович, на правой щеке которого алели три ровных, словно по линейке проведенных полосы, шатаясь, подошел к дивану и рухнул.

– Юрик… перекись… – слабо бормотал он.

– Серную кислоту тебе в морду, тварь, а не перекись! – рвалась и плевалась Жанна. – Барином он тут ходил, харя! Аа-а, пусти меня!

– В полицию звони, Юрик… покушение… Она на меня покушалась!

Сергей бросил взгляд на Илюшина и увидел в глазах напарника мечтательное выражение: Макар тоже представлял, что сделает разъяренная женщина с этим сытым холеным паршивцем.