Забег на невидимые дистанции. Том 1

– Пап, да не надо его искать… ну потому что я ему фары разбила… и окна еще. Только маме не говори. Надо будет новую клюшку купить до четверга. М..? Потому что меня исключили на следующую тренировку. Да дома расскажу… угу. Угу. Ну, нога болит немного. И ребра. А так все хорошо. И ладони печет… кожу свезла. Будет больно в перчатках. Ладно… Увидимся. Пока.

Нина осторожно положила трубку, после щелчка воцарилась тишина. Клиффорд задумался, глядя перед собой, но вернулся в себя, стоило девочке шевельнуться в кресле, выражая готовность уйти.

– Значит, в хоккей играешь. – Интонация констатировала, не спрашивала.

– Офицер Клиффорд, у вас тоже какие-то претензии к девочкам, которые играют в хоккей?

Проанализировав главное слово в ее вопросе, – слово «тоже» – Лоуренс подавил улыбку и решил перевести тему.

– Ты переходила дорогу на красный свет? – неожиданно спросил он, глядя Нине в глаза, и заметил, как она растерялась.

Красноречивый ответ. Зачастую реакции тела дают больше информации, чем слова, нужно только уметь наблюдать, задавая правильные вопросы. Но девчонка удивила его внезапным парированием:

– Не зная ответа на этот вопрос, вы уже сообщили моим родителям, что я ни в чем не виновата.

Ларс приподнял брови и сморгнул с ресниц услышанную наглость. Она не так проста, как кажется. А вот он прокололся.

– Я сказал это, чтобы успокоить твою мать. Нам еще предстоит разобраться в ситуации. Найти свидетелей, водителя, камеры. Завтра вы можете прийти в участок и написать заявление. Подозреваю, что ты несовершеннолетняя, поэтому тебя должен сопровождать хотя бы один из родителей. К этому времени мы сможем решить вопрос по закону. Где все случилось?

– Спросите у своих коллег, – резко ответила Нина и отвернулась.

– Да ты не знаешь, – осенило Ларса. Он даже приподнялся в кресле. – Ты не помнишь, где все произошло! Потому что была не в себе, а не потому, что не хочешь признаваться. Я прав?

– Я ухожу. – Девочка поднялась.

– Ты посещаешь детского психолога?

Нина вышла, не удостоив ответом. Не оглянувшись. Только сейчас Клиффорд заметил, что она хромает, хотя пытается это скрыть. Офицер просканировал стол в надежде, что девочка что-нибудь забыла, но что она могла оставить здесь, если все ее вещи в хранилище?

Пусть идет, не задерживай ее. Дальше о ней позаботятся Эммет и Лот. Завтра нужно послать их к ней домой с официальными извинениями. Чтобы родители, узнав сегодня вечером все подробности случившегося от пострадавшего чада, не устроили разбирательств или, еще хуже, судебной тяжбы. Наверняка их будет интересовать вопрос, почему их дочь с такими травмами просидела несколько часов в грязном холодном изоляторе с проститутками, не имея возможности даже позвонить. Плохи дела.