С мейсе Райкконен что-то не так

И, да, точно. День рождения. С моих шести лет родители о нём больше не вспоминали. Вот и я не отмечала.

– Детка, это будет незабываемый день, – сиял поганец. – Я уже всё распланировал…

– Лично я планирую вообще не выползать из кровати сегодня. Брысь, малолетка, – проворчала я. – И шторы задёрни, я дальше спать буду.

– Что ж, меняем планы, – радостно согласился Эрик и начал расстёгивать на себе рубашку. – Подвинься.

– Да господи… Что, вообще без вариантов?

– Других альтернатив нет, детка. Я в любом случае проведу этот день с тобой.

– Да чёрт с тобой, через полчаса спущусь, штаны только застегни, ради бога…

Кофе и холодная вода с хлопьями ржавчины (водопровод местами уже прогнил) меня взбодрили. Роскошный завтрак пробудил интерес к жизни. А загадочные свёртки в гостиной заставили моё сердце пропустить пару ударов.

Подарки? Настоящие? Мне?..

Там был шёлковый шарфик нового сиреневого оттенка от Генриетты и открытка с пожеланием лучшей загробной жизни, чем у неё, от Моры. Портретные тётушки прочли мне заунывную поэму собственного сочинения. Дедушки торжественно вписали меня в семейное древо Стефен-Дари, окончательно признав хозяйкой дома. Фрэнки, немного поколебавшись, подарил старинный ключ и поведал о тайнике в подполе.

Мне было неловко смотреть на домочадцев. Всё же я несу ответственность – сама их завела. А у этого дома теперь только одна полноправная хозяйка – я сама. Больше позаботиться о них некому.

Агата прислала перчатки из тончайшей кожи и двадцать шесть распустившихся крокозеток. Надо же, запомнила мои крики на кухне мэра про то, что я сегодня из требуемого для отбора возраста выйду.

А ещё в бархатной коробочке обнаружились две крупные бусины из незнакомого зелёного минерала, выточенные в форме капли, и со странным креплением. Серьги? От кого? У меня даже уши не проколоты…

– Это нужно носить так, – Эрик забрал непонятное украшение и прикрепил его мне на хрящик уха, аккуратно поместив головку бусины в слуховой проход. – Блокируют ненужные звуки. Не от всех музыкальных инструментов, конечно, но от тех, что отыскались в Альмате, спасут.

– Ты шутишь? – недоверчиво спросила я.

– Ничуть. Магия, детка, – спокойно ответил Эрик. – Мне жаль, что твоя семья не додумалась до этого раньше.

Я позволила ему прикрепить и вторую бусину. И сама подошла к пианино. Эрик выжидающе смотрел, пока я дрожащей рукой приподнимала клап. Долго колебалась, прежде чем нажать клавишу. Но сделала это и… ничего не услышала.

У меня непроизвольно дрогнул подбородок. То есть так просто… Всего лишь немного магии? Кста-аати… Очень специфической магии. И наверняка ужасно дорогой. Наши колдуны из ассоциации такое быстро не сделают.